?

Log in

No account? Create an account
Кортасар и Кант - Поклонник деепричастий [entries|archive|friends|userinfo]
Anatoly Vorobey

[ website | Website ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Links:| English-language weblog ]

Кортасар и Кант [фев. 14, 2004|07:05 pm]
Anatoly Vorobey
Позавчера, в четверг 12-го февраля, была странная дата: 20-летие со дня смерти Кортасара и 200-летие со дня смерти Канта.


— Он рос у края клумбы, какой-то желтый цветок. Я остановился закурить и вдруг заметил этот цветок. И он тоже вроде бы смотрел на меня, иногда так бывает... Это, знаете, случается с теми, кто, как говорится, чувствует красоту. Вот именно так, цветок был изумительный, цветок необыкновенной красоты. А я был приговорен, мне было суждено умереть раз и навсегда. Цветок был восхитительный, и всегда будут расцветать цветы, и люди будут на них смотреть. Внезапно я осознал, что же такое это "ничто", которое я воспринимал как покой, как конец цепи. Я скоро умру, а Люк уже умер, и для таких, как мы, цветок не расцветет, наступит "ничто", полное "ничто", и это "ничто" никогда не расцветет прекрасным цветком. Догоревшая спичка обожгла пальцы. На площади я прыгнул в какой-то автобус, который шел неведомо куда, и стал бессмысленно смотреть на все и всех на улице и в автобусе. Автобус пришел на конечную остановку, я пересел в другой, он шел в пригород. Весь вечер, пока совсем не стемнело, я то входил в автобус, то выходил, думая о цветке и о Люке, и искал среди пассажиров кого-то похожего на Люка, кого-то похожего на меня или на Люка, кого-то, кто мог быть снова мной, кого-то, кто при взгляде на него дал бы мне твердую уверенность, что это я; я оставил бы его в покое, я ничего бы ему не сказал, я бы всячески его опекал, лишь бы он дотянул свою дурацкую, неудачливую жизнь, свою проигранную жизнь до другой дурацкой проигранной жизни, до другой дурацкой проигранной жизни, до другой...

Я расплатился.

("Жёлтый цветок")



Конечная цель, на которую в последнем счете направлена спекуляция разума в трансцендентальном применении, касается трех предметов: свободы воли, бессмертия души и бытия Бога. В отношении этих трех предметов чисто спекулятивный интерес разума очень незначителен, и ради этого интереса вряд ли он взял бы на себя утомительный, непрестанно наталкивающийся на препятствия труд трансцендентального исследования, так как из всех открытий, которых удалось бы достигнуть здесь, нельзя сделать никакого применения, которое доказало бы свою пользу in concrete, т. е. в исследовании природы. Пусть воля свободна, но это может иметь отношение только к умопостигаемой причине нашего хотения. В самом деле, что касается феноменов проявления воли, т. е. поступков, то, согласно ненарушимой основной максиме, без которой мы не можем пользоваться разумом в эмпирическом применении, мы должны объяснять их так же, как и все остальные явления природы, а именно исходя из ее неизменных законов. Пусть, во-вторых, духовная природа души (а вместе с тем и ее бессмертие) постижима, но все же на этом, так же как и на особом характере будущего состояния, нельзя строить объяснение явлений земной жизни, так как наше понятие о нетелесной природе есть лишь негативное понятие, которое нисколько не расширяет нашего знания и не дает подходящего материала для выводов, разве только для таких, которые годны лишь для вымыслов, но недопустимы в философии. В-третьих, если бы существование высшего мыслящего существа было доказано, мы, правда, могли бы понять отсюда целесообразность в устройстве мира и порядок его вообще, но не имели бы права выводить отсюда какое бы то ни было особое устроение и особый порядок или смело делать выводы о них там, где они не воспринимаются, так как необходимое правило спекулятивного применения разума требует, чтобы мы не упускали из виду естественных причин и не отказывались от знаний, приобретаемых нами благодаря опыту, ради того, чтобы известное нам вывести из того, что совершенно выходит за пределы нашего знания. Одним словом, эти три положения остаются для спекулятивного разума всегда трансцендентными и не имеют никакого имманентного, т. е. допустимого для предметов опыта, и, стало быть, некоторым образом полезного для нас применения; рассматриваемые сами по себе, они плод совершенно праздных, и притом чрезвычайных, усилий нашего разума.

("Критика чистого разума")
СсылкаОтветить

Comments:
From: gr_s
2004-02-14 10:51 am
Удивительные сближения. Насколько я уважаю и даже преклоняюсь перед одним, настолько же мне неприятен и чужд другой. Точнее, наоборот.
(Ответить) (Thread)
[User Picture]From: pingva
2004-02-14 04:02 pm

"Тут нужны вот какие пальцы..."

Анатолий, два вопроса:

1. не дадите ли ссылки на свои LJ записи про кортасара? Я помню, Вы, кажется, сопоставляли переводы "хронопов" с оригиналом, вобщем, очень интересно.

2. Не выскажите ли мнение по поводу названия рассказа (и сборника) "Alguien que anda por ahi" -- "тот, кто бродит вокруг" и "someone who walks that way" -- никак у меня не увязываются эти два перевода названия с содержанием рассказа :) А испанского я не знаю.

(Ответить) (Thread)
[User Picture]From: avva
2004-02-14 04:09 pm
1. не дадите ли ссылки на свои LJ записи про кортасара?

Дам ;)

http://www.livejournal.com/users/avva/171700.html
http://www.livejournal.com/users/avva/172673.html
http://www.livejournal.com/users/avva/582955.html
http://www.livejournal.com/users/avva/736362.html
http://www.livejournal.com/users/avva/826562.html
http://www.livejournal.com/users/avva/829789.html
http://www.livejournal.com/users/avva/906373.html

К глубокому моему сожалению, я совсем не знаю испанский язык, поэтому на
второй вопрос ответить не могу.
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: pingva
2004-02-14 04:18 pm

Re:

ого! спасибо.

по поводу второго вопроса -- концовка рассказа совершенно сносит башню. Может, надо музыковедов поспрашивать -- как у них ассоциируется Шопэн и название рассказа. Я вообще не очень люблю выяснений "что автор на самом деле имел ввиду", но в данном случае, мне кажется, что Х.К. как-то очень "смешно" "пошутил", хочется понять шутку до конца.
(Ответить) (Parent) (Thread)