?

Log in

нормы и версификация - 2 - Поклонник деепричастий [entries|archive|friends|userinfo]
Anatoly Vorobey

[ website | Website ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Links:| English-language weblog ]

нормы и версификация - 2 [авг. 20, 2001|12:48 am]
Anatoly Vorobey
[Настроение |accomplishedaccomplished]

Продолжение мыслей, начатых вот здесь. Уже неделю пытаюсь записать, да что-то всё ноги танцору мешали.


Пора выложить карты на стол. Примеры с "вослицательным знаком", или "точкой с запятой" у Пушкина - относительно редкие, периферийные примеры конфликта языковых и поэтических норм (но тем и полезны - тем очевиднее конфликт). Самый простой и обычный пример, который мы встречаем постоянно - сдвиг ударения в пользу размера:

Но вы, разрозненные томы
Из библиотеки чертей.

Читая вслух этот отрывок из Онегина, мы неизбежно произнесём "библиотеки" с ударением на о - но почему? Ведь так по-русски никто не говорит: ударяют библиотека. Что здесь происходит?

Конечно, противостояние языковой и поэтической нормы. Языковая норма говорит: прочти библиотеки. Поэтическая норма говорит: первые три слога строки безударны; чтобы поддержать ямб, ты обязан ударить четвёртый слог строки и прочесть библиотеки. Побеждает поэтическая норма, как и обычно в русской классической поэзии.

Побеждает она только потому, что русской классической поэзии свойственна исключительная строгость слога. Размер не нарушается почти никогда; поэтому (возможное, и даже диктуемое языковыми соображениями) прочтение, грубо нарушающее его, создаёт нестерпимый эстетический дисбаланс. Мы как бы подсознательно взвешиваем два зла и выбираем из них лучшее: что хуже - неправильно ударить слово или создать исключительный ритмический диссонанс? Выходит, что хуже создать диссонанс. На самом деле, конечно, это только метафора: мы не выбираем каждый раз заново - сознательно или нет. Предпочтение поэтической нормы языковой усваивается нами бессознательно, когда мы слышим, как кто-то читает вслух стих с "неправильным" ударением. Достаточно нескольких повторов, чтобы жадный на закономерности мозг уловил и усвоил новую закономерность.

Но тут опять-таки важнее всего понять, что это предпочтение не универсально: в другой культуре, в другой поэзии всё может сложиться по-другому. И вот англичане, например, практически (ах, как важно это ограничивающее практически! но это уже совсем другая тема) всегда предпочитают языковую норму поэтической (в том, что касается размера): слова читаются так, как они ударяются в нормальной обычной речи, а не так, как диктует абстрактный ямб. Никакой ямбический рисунок не заставит ударить неопределённый артикль. Это обстоятельство и объясняет частично, и подкрепляет исключительную ритмическую "расшатанность" английского стиха. Вот несколько примеров такой расшатанности (выбраны наугад из сонетов Шекспира):

Pity the world, or else this glutton be,

Инверсия в первой стопе: хореическая стопа вместо ямбической. У русского, незнакомого с английской поэзией, первый импульс прочитать так, чтобы сохранить ямб: pity. Для англичанина такое прочтение невозможно.

O me! What eyes hath love put in my head

А здесь инверсия в четвёртой стопе, потому что глагол put неизбежно ударяется в английской речи сильнее, чем служебное слово in. "Чистое" ямбическое прочтение "put in" неестественно.

As subject to Time's love, or to Time's hate

Особенно сложный пример: два раза повторяются два безударных слога подряд, два раза повторяются два ударных слога подряд - и всё равно это считается пятистопным ямбом!

Заключение: а нет пока никакого заключения. Продолжение следует, будем надеяться.

P.S. Чтобы было больше одного примера по-русски, и не только из Онегина (там много есть), цитирую ещё случайно замеченное вчера, когда листал сборник Блока:

Я люблю, и любуюсь, и жду
Переливчатых красок и слов.
Подойду и опять отойду
В глубины протекающих снов.
СсылкаОтветить

Comments:
[User Picture]From: elina_w
2001-08-19 03:06 pm

БиблиотЕка — произношение, насколько я помню, советское. БиблиОтека–таки.
(Ответить) (Thread)
[User Picture]From: avva
2001-08-19 03:15 pm
Так ведь в том-то и дело, Элина! В этом-то и вся суть!

Понятно, что для Пушкина нормальным было ударение на о. Но в современном русском языке (назови это советским наследием, охарактеризуй как хошь - это неважно) слово ударяется на е. Ударение на о архаично и ненормально, но мы мгновенно его восстанавливаем (не зная ничего даже о произношении во времена Пушкина) под давлением размера.
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: 37
2001-08-19 07:50 pm
А не может быть пример с библиотекой просто случаем утеряного произношения? Вот у Даля стоит наряду с правильно сегодня звучащей библиотекой (польское заимствование) устаревшее вивлиотика - от греческого (там надо было вместо "т" фиту вставить, но не знаю как :-)).
(Ответить) (Thread)
[User Picture]From: 37
2001-08-19 07:56 pm
Прошу прощения за оговорку: не у Даля, а в Фасмере. У Даля - оба варианта ударения.
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: avva
2001-08-21 07:05 am
Ага, так оно и есть, но что это такое - утерянное ударение? Это ударение, которое утеряно ;) т.е. сейчас так не говорят. Тем не менее при чтении стихов любой прочитает именно так, даже если он Даля с Фасмером не читал и ничего об ударении в эпоху Пушкина не знает.

Т.е. мне интересен именно этот феномен отказа от известного-правильного ударения сейчас в пользу ударения неправильного - чтобы как следует сложилась строка. Как именно получилось, что в строке требуется неправильное (по сегодняшним меркам) ударение - это уже другой вопрос. В большинстве случаев, пожалуй, действительно потому, что в ту эпоху, когда поэт писал, именно так произносили. Но наверняка есть и случаи, когда поэт специально сам сгибает слово, чтобы не отказываться от него (он знает, что неправильные ударение в принципе в стихе возможны, потому что видел не раз случаи первого вида).
(Ответить) (Parent) (Thread)