Anatoly Vorobey (avva) wrote,
Anatoly Vorobey
avva

Category:
  • Mood:

так здесь живётся

Жизнь в Израиле: от теракта до теракта.

Мы живём словно сомнамбулы, не осознавая этого до того момента, когда звучит очередной взрыв и эмоции переполняют грудь, жгут там всё и вырываются наружу.

Вся страна начинает звонить всей стране: ты слышал? ты в порядке? твои целы? У тебя там кто-то мог быть?

Все центральные телеканалы прерывают любые передачи и переходят в режим живых новостей с места происшествия. Пятеро убитых... нет, десятеро... нет, по последним данным восемнадцать убитых и сорок раненых. Телефоны больниц такие-то. Похороны тогда-то и в такое-то время.

Редакторы газет готовят кровавые развороты с гигантскими кричащими заголовками.

Всё захлёбывается в гневе, бессилии, ненависти, боли, гневе, бессилии, ненависти, боли, гневе...

Мы живы, как никогда, в эти минуты, часы и дни после, мы острее, чем когда-либо, воспринимаем мир вокруг себя, и ненавидим в себе эту живую энергичность уцелевших, переходящую нередко в суетливую торопливость обзвонов и перекличек, и то жадное отвращение, с которым мы бросаемся к экранам телевизоров, радиосводкам, кровавым фотографиям и сайтам новостей, тот внимательный ужас, с которым мы впитываем истории о тех, кто почти, о тех, которые были бы там, если бы не случайная задержка на работе или поездка, по прихоти, на другом маршруте. Но гораздо больше всего этого мы ненавидим — их.

Да, теракт — это укол, которого мы ждём с проклятиями и тайной надеждой на этот раз не дождаться; укол, который приносит с собой эйфорию ненависти и боли. Когда его долго нет, невидимое напряжение разливается в воздухе, напряжение народа, гадающего: сколько ещё до? Первыми не выдерживают газеты, и переводят это напражение в заголовки: две недели тишины! месяц тишины! сколько ещё нам осталось тишины? Напряжение растёт, потом иногда падает, если тишина затягивается, иногда растёт опять, питаемое сообщениями об особенно большом количестве предупреждений армии и разведслужб о готовящихся терактах — но никогда не исчезает полностью — до следующего теракта. До следующего укола.

Слезть с этой иглы — вот чего мы хотим больше всего.
Subscribe

  • о статуе джефферсона

    Муниципальный совет Нью-Йорка единогласно проголосовал за то, чтобы убрать из зала заседаний муниципалитета статую Томаса Джефферсона, потому что он…

  • следующий раз

    Сегодня в израильских школах был традиционный день памяти убийства Ицхака Рабина. У друга в школе дочери учительница сказала (перевожу с иврита):…

  • спускались в шахты с нелитературными целями

    Лет шесть или семь не видел имя Дивова (российский фантаст) и почти забыл о его существовании. А тут. А тут, оказывается, такое движение, такая…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 41 comments

  • о статуе джефферсона

    Муниципальный совет Нью-Йорка единогласно проголосовал за то, чтобы убрать из зала заседаний муниципалитета статую Томаса Джефферсона, потому что он…

  • следующий раз

    Сегодня в израильских школах был традиционный день памяти убийства Ицхака Рабина. У друга в школе дочери учительница сказала (перевожу с иврита):…

  • спускались в шахты с нелитературными целями

    Лет шесть или семь не видел имя Дивова (российский фантаст) и почти забыл о его существовании. А тут. А тут, оказывается, такое движение, такая…