Anatoly Vorobey (avva) wrote,
Anatoly Vorobey
avva

о микроинсульте Шарона и израильской политике

Я в очередной раз убедился в том, что ничего не смыслю в политике. Это правильно. Лучше ничего не понимать и это осозновать, чем ничего не понимать и думать, что понимаешь.

Я был уверен, что микроинсульт Шарона сильно повредит его предвыборной кампании — точнее, кампании его новой партии, "Кадима" (что буквально означает "вперёд" на иврите). Ведь без него эта партия действительно ничего из себя не представляет. Хоть все опросы пророчат ей убедительную победу на выборах, и скорее всего так и случится, всё это — исключительно оттого, что во главе стоит Шарон, находящийся на пике своей популярности. Не будь его, кому нужны все эти Ольмерты, Ливни, и Шаули Мофазы? Никому.

Я думал, временный выход из строя Шарона, пусть даже на несколько дней, заставит избирателя задуматься: зачем я собственно собираюсь голосовать за эту партию, партию одного человека, и что будет со страной, если она придёт к власти, а с человеком действительно что-то случится? И вследствие этих раздумий популярность "Кадима" в опросах должна была пусть не значительно, но заметно упасть.

А вышло совершенно наоборот. Микроинсульт Шарона, кажется, не помешал, а даже помог ему и его партии. Теперь она ещё более популярна в опросах, чем была до него. Вывод: я ничего не смыслю в политике.

В одной из книг Кундеры, не помню сейчас в какой, то ли автор, то ли лирический герой вспоминает, как в конце 70-х видел американский телерепортаж о президенте Картере. Президент Картер совершал утреннюю пробежку, а рядом с ним ехали телекамеры, и передавали на весь мир его белозубую улыбку. Спортивный образ жизни, моложавый президент, сверкающая улыбка. И вдруг в какой-то момент Картер пошатнулся. Улыбка превратилась в гримасу боли. Что-то у него кольнуло в сердце. Помощники подхватили его под руки. Но уже через несколько секунд всё уладилось. Опять выученная улыбка, спортивный президент, пробежка продолжается. Но в тот момент, пишет Кундера или его лирический герой, он на секунду был не президентом, а человеком.

Наверное, что-то подобное случилось с Шароном, на глазах у всей страны. Как написали в одной из газет, это событие окончательно утвердило его в роли "отца всех нас". Другой журналист использовал образ "любимого дедушки". Видимо, действительно, микроинсульт вызвал огромную волну симпатии к Шарону, скорректировал его имидж, ставший внезапно более простым и человечным, и всё это вместе оказалось куда важнее сомнений и размышлений о его партии.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments