Anatoly Vorobey (avva) wrote,
Anatoly Vorobey
avva

Categories:

о французской грамматике и о том, чего нет

То, как французские грамматисты 16-го века находили падежи в языке, в котором нет падежей, одновременно забавно и поучительно. Вот небольшой отрывок.
... К сожалению, лингвистическому анализу (как тогда понимали этот термин) они были обучены только в рамках латинской грамматики, да еще в некоторых случаях знали немного древнееврейского или древнегреческого. Считали они или не считали, что французский происходит от латыни (а в 16-м веке это происхождение ни в коей мере не было само собой разумеющимся), все равно - для изучения французского языка они применяли методы, знакомые им по изучению латинской грамматики. Неудивительно, что лишь с большими усилиями, с значительным числом натяжек и сглаживаний, им удавалось уместить французский в прокрустово ложе латыни. В эпоху Ренессанса французский уже был весьма аналитическим языком, а латинский оставался весьма синтетическим. Как и следовало ожидать, грамматисты Ренессанса столкнулись с трудностями, пытаясь объяснить французский определенный артикль - грамматический признак, у которого нет латинского соответствия - или пытаясь обнаружить падежи в склонении существительных. По-видимому, они считали артикль, а также формы вроде au, du (в которых они поначалу не распознали скрытое le) индикаторами падежей. Соответственно, типичное склонение выглядело так: (le) pere (именительный и винительный); du pere (родительный и предложный/творительный); au pere (дательный); ôpere (звательный); мн. число (les) peres; des peres, aux peres, ô peres. Частичный артикль (du/de la в значении "немного") вводил их в недоумение, а неопределенный артикль просто считался числительным. В латыни было три рода, так что грамматистам было немного не по себе оттого, что во французском им удалось открыть только два; впрочем, некоторым из них казалось, что они разглядели нейтральный род в определенных формах мужского.

Англ. оригинал:

... Unfortunately, their only training in linguistic analysis, as the term was then understood, was Latin grammar, plus, in some cases, some knowledge of Greek or Hebrew. Whether or not they believed that French derived from Latin (and that derivation was by no means to be taken for granted in sixteenth-century thought), it was the method used for analysing Latin grammar which they applied to the analysis of French. Obviously it was only with considerable strain and a good deal of stretching and lopping that French could be made to fit the Procrustean bed of Latin. Renaissance French was already a highly analytic language, and Latin a highly synthetic one. Not unnaturally, the Renaissance grammarians got into difficulties when they tried to account for the French definite article, a grammatical feature which had no counterpart in Latin; and when they tried to discern cases in noun declension. They seem to have regarded the article, and forms like au, du (in which do not at first appear to have recognized the presence of le) as indicating case. Thus a typical declension would be: (le) pere (nominative and accusative); du pere (genitive and ablative/instrumental); au pere (dative); ôpere (vocative); plural (les) peres; des peres, aux peres, ô peres. The partitive seemed baffling, and the indefinite article was regarded simply as a numeral. Latin had three genders, and the grammarians were somewhat uneasy at being able to discover only two in French, though some thought that they could see a neuter in certain forms of the masculine.


Из: Peter Rickard, A History of the French Language, которую я сейчас читаю. Очень увлекательная книга.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments