May 23rd, 2001

moose, transparent

Война и миръ

Этот миф никогда не умрет. Или разве что умрет вместе с памятью о Льве Николаиче Толстом. Нам от него уже теперь никогда не избавиться.

Вы не знаете, о каком мифе я говорю? Наверняка знаете. Помните, в старой орфографии было два разных слова - миръ в значении "не-война" и мiръ в значении "вселенная, свет, общество"? Так вот, наверняка вы где-то читали, или вам кто-то рассказал о том, что роман Толстого на самом деле назывался Война и мiръ, и название это означало, таким образом, не банальное "война и отсутствие войны", а умное и проникновенное "война и общество" - только вот после большевицкой реформы орфографии смысл этот был утерян. А если не читали еще об этом, и не рассказал никто, так еще прочтете, и расскажут. Поскольку это уже не умрет.

Ведь, какая, действительно, интересная и, главное, правдоподобная история! Как жаль, что она совершенно неверна. Просто-таки очень жаль, что роман Толстого на самом деле назывался Война и миръ, в чём легко можно убедиться: достаточно всего лишь зайти в библиотеку и снять с полки прижизненное издание. Только никто не заходит и не снимает, поскольку история ведь такая правдоподобная.

Я почему об этом вспомнил - сегодня опять обнаружил этот миф на сайте русского языка. А ведь там, казалось бы, и профессиональные лингвисты тоже трудятся, могли бы проверить. Но на самом деле надежды нет. Историю о "настоящем" названии романа Толстого использовали в качестве вопроса в Ч.Г.К. (больше одного раза, говорят). Печатали в газетах и журналах десятки раз, сеть кишмя кишит примерами (в том же РЖ мне раза три за последние годы встречалось). Мне рассказывали, что её приводили в качестве поучительного примера на филологическом семинаре в МГУ... Всякий раз, когда на моей памяти заходил вопрос о старой орфографии на мэйлинг-листе русских переводчиков, или фидошной книжной конференции, или ещё каких форумах куда я случайно забредал, кто-нибудь обязательно вспоминал этот "поучительный" случай. Он действительно поучительный, но поучает немного не о том.

Так что всё, кранты. Ещё лет через тридцать это проникнет в школьные учебники, курьёзной сноской, и станет окончательной и бесповоротной истиной.