October 2nd, 2004

moose, transparent

о новом альбоме Летова

А вот с этим я согласен, кажется:
Человек, вовремя огорошенный "ГО", беспрекословно принимает на веру установку, что пластинка, оставляющая ощущение записанной в переходе под площадью трех вокзалов, есть плод серьезной студийной работы. Что фирменная стена зубоврачебного гитарного жужжания – это одна из принципиальных составляющих аранжировок, без которых художественная ценность произведений будет значительно ниже. Что звук допотопных примочек, прямолинейные до скуки партии ударных и, конечно, вокал, вызывающий ассоциации с поющим мясным фаршем,– это фирменный саунд великой группы, повторить который не в состоянии ни один саундпродюсер в мире. Что "Очевидные помои и сакральные тазы,/ Челобитные разбои, кисловатые усы,/ Нестерпимые просторы, проливные города..." – это выдающаяся поэзия, открывающая сокровенную механику бытия. Что очевидно "комсомольская" мелодика песен, манера пения, часто вплотную приближающиеся к бронетанковой пахмутовской героике,– это особый почерк композитора.

Там почему-то очень ругаются у Ольшанского по поводу этой рецензии. Как будто обожание «Гражданской обороны» — какая-то универсальная постоянная вкуса.

А ведь всё верно сказано (не столько в процитированном даже, сколько в первом абзаце того же текста, см. по ссылке): люди в основном считают невероятно глубокой и значащей музыку, которая запала им в душу в годы тинейджерства или ранней юности. И это касается меня не менее, чем других, просто я Летова в соответствующее время не слушал или почти не слушал, вот и всё. Слушал что-то другое, что мне казалось (и инстинктивно продолжает казаться, если я об этом не задумываюсь как следует) невероятно глубоким, или великим, или талантливым. Вот Янку Дягилеву, например, как раз слушал, а Летова нет. Так получилось. Эка невидаль!
moose, transparent

Рондо (англ.)

Рондо — редкая форма в английской поэзии.

Я поискал немного сегодня, но почти не нашёл понравившихся.

Вот, правда, довольно забавное и весьма фривольное рондо Александра Поупа (это первая половина 18-го века):

RONDEAU.

You know where you did despise
(T'other day) my little eyes,
Little legs, and little thighs,
And some things of little size,
   You know where.

You, 'tis true, have fine black eyes,
Taper legs, and tempting thighs,
Yet what more than all we prize
Is a thing of little size,
   You know where.

Моё любимое рондо на английском языке написал в середине 19-го века Ли Хант (Leigh Hunt):

RONDEAU.

Jenny kissed me when we met,
   Jumping from the chair she sat in;
Time, you thief, who love to get
   Sweets into your list, put that in:
Say I'm weary, say I'm sad,
   Say that health and wealth have missed me,
Say I'm growing old, but add,
   Jenny kissed me.