August 16th, 2006

moose, transparent

on chopsticks

Я думал, что с палочками для еды в Корее у меня особой проблемы не будет, потому что в принципе я могу ими пользоваться (натренировавшись на сушах и -- изредка -- китайской кухне), хоть и не очень эффективно. Оказалось, однако, что корейцы, в отличие от японцев и китайцев, предпочитают металлические палочки (из нержавеющей стали). Ими намного тяжелее что-то ухватить и удержать. Первые 10 минут моей трапезы в первом корейском ресторане (он еще к тому же был традиционным, с низкими столами, сидением на коврике на полу итд. - меня туда сводил корейский сослуживец) я судорожно пытался ухватить и донести до рта хоть что-то - рис, кусок рыбы, любую из многочисленных закусок, хоть что-нибудь. На меня, должно быть, было очень смешно смотреть. Потом я как-то приспособился и смог даже поесть, раза в два медленнее, чем мог бы с деревянными палочками (а это - еще раза в два медленнее, чем вилкой, ясно).

Где-то неделю назад мне приснился странный сон. В этом сне в одно прекрасное утро все жители восточной Азии просыпаются и обнаруживают, что все остальное население планеты куда-то исчезло. Нет больше Европы, Африки, обеих Америк, вообще ничего нет, кроме восточной Азии.

Тогда они все вместе с облегчением вздыхают, выбрасывают все свои палочки, и переходят на вилки.

moose, transparent

генри джеймс

Читал старую эпистолярную ругань в Slate между тремя разными биографами Генри Джеймса. Интересно! Оказывается, есть споры насчет того, был он гомосексуалистом или девственником. Джеймс прожил всю жизнь холостяком, и никаких прямых свидетельств того, что вообще с кем-либо когда-либо занимался сексом, нет вообще. И, видимо, уже не будет. Вместе с тем, сохранилась обширная переписка, в которой он время от времени разным женщинам и мужчинам пишет о том, как их любит, и кое-где все-таки понятно, что эти чувства не только дружеские, но и романтические - но вот переходили ли чувства хоть когда-нибудь в действия, совершенно неясно. Видимо, он был очень, очень приватным человеком, тщательно оберегал свою личную жизнь (если она была хоть какая-то) и даже в письмах к друзьям на такие темы никогда не говорил ничего прямо, что было бы с его точки зрения невозможной вульгарностью.

Тем не менее, из писем и других скупых свидетельств о каких-то романтических пристрастиях решили вроде бы, что его гомоэротичные порывы были сильнее и чаще его гетероэротичных порывов. Большинство биографов считают, что все-таки он эти порывы ни разу в жизни не воплощал в жизнь (ни с мужчинами, ни с женщинами), но появляются в последнее время и другие мнения, в том числе в одной недавней биографии, автор которой утверждает, что он вел активную половую жизнь, но низехонькоочень, очень осторожно. Вот с этим автором двое других биографов и спорят.