May 25th, 2008

moose, transparent

есть ли у меня план, есть ли у меня план, конечно у меня есть план

В столовке человек подходит без очереди к кассе и спрашивает: "Девушка, у вас комплексы есть?" Девушка не смущаясь кивает и кричит кому-то: "Люд, комплексный один!" Комплексные обеды по сто рублей действительно дают без очереди.
Случайная ассоциация:

Одно из любимых мест в "Высоком искусстве" Чуковского — (кстати: пару дней нязад я рекомендвал всем, кто не, обязательно прочитать "Высокое искусство" и "Живой как жизнь", но забыл упомянуть о замечательной, невероятно прекрасной книге "От двух до пяти" - может, потому, что мне не пришло в голову, что кто-то о ней может не знать; но если вдруг она прошла мимо вас...) — так вот, одно из любимых мест в "Высоком искусстве", это когда
Механистичность переводческой работы Фета выразилась, между прочим, в том, что он перевел многие строки Шекспира, не понимая их смысла и, главное, даже не пытаясь понять:

Ведь у меня ни письменного нет,
Ни слов, ни сильной речи, ни движений,
Чтоб волновать людскую кровь.

Что значит: 'письменного нет'? Откуда взялось это дикое 'письменное'? В подлиннике сказано: 'У меня нет ума, остроумия'. Остроумие по-английски wit. Но Фету, очевидно, почудилось, что в подлиннике сказано writ (писаный). Нимало не удивляясь тому, что у Шекспира встретилась такая явная чушь, Фет рабски воспроизвел эту чушь, совершенно равнодушный к тому, что же она, в сущности, значит.
Не оспаривая анализ Чуковского и соглашаясь с тем, что это грубый ляп переводчика, я вместе с тем заново восхищаюсь этой странной фразой всякий раз, как вспоминаю ее.

Потому что время от времени я очень отчетливо это ощущаю. Что у меня его нет.

Ни письменного, ни устного.
moose, transparent

путешествия, книги

С понедельника по пятницу - Калифорния. Визит настолько краткий, и работы так много, что вряд ли смогу куда-то или к кому-то выбраться - заранее извините. В субботу вернусь домой.

Чтоб написать еще что-то, кроме лытдыбра — вот шесть книг, которые я купил в день перед отъездом из Калифорнии в прошлый раз, три месяца назад, в магазине Borders на Union Square:

  • A People's Tragedy: The Russian Revolution: 1891-1924. Обширная, обстоятельная, всеохватывающая история революции. Купил по рекомендации aptsvet'а (в последний момент чуть не передумал, прочитав случайно статью Figes'а, в которой он хвалил неописуемо ужасный перевод "Мастера и Маргариты", выполненный Волохонской и Pevear'ом; но все же не передумал); пока что прочитал, урывками между другими книгами, только первые страниц сто из восьмиста. Написано плотно, вдумчиво, читается медленно и одновременно интересно. Очень толковая книга.
  • Fooled by Randomness: The Hidden Role of Chance in Life and in the Markets by Nassim Nicholas Taleb. Процитирую свой комментарий у tema полтора месяца назад:
    У меня уже месяц лежит недочитанной книга Талеба. Сначала я просто взахлеб читал: пишет то же, о чем я столько раз думал, только намного лучше и полнее. К середине книги мне начали порядком мешать: 1) полное отсутствие хотя бы намека на более твердые свидетельства, чем "я так говорю" - пусть не математика, но хотя бы намек на нее; 2) развинченность мысли, все время прыжки от одного к другому, сначала кажется, что о многом говорится, потом думаешь, да он же топчется на месте, хоть одна глава и сменяет другую. В итоге мне кажется, что книга все равно очень хорошая, но намного более поверхностная, чем мне поначалу показалось. Надо дочитать все же.
    До сих пор не дочитал, но все же вернусь к ней скоро.
  • Schaum's Outline of French Grammar. Читал в нескольких разных местах похвалы именно этому обзору фр. грамматики, и хотя вся серия Schaum's Outlines вызывает некоторое опасение (возможно, неоправданное), решил купить. Еще не посмотрел на нее как следует.
  • A Journal of the Plague Year (Penguin Classics)
    by Daniel Defoe
    . Я не знал вообще, что Дефо написал такую книгу, прочитал упоминание и один-два отрывка какое-то время назад и решил, что стоит прочитать.
  • Drawing on the Right Side of the Brain, by Betty Edwards. Я не умею рисовать. Вообще, т.е. даже простейший набросок, контур лица - ничего не умею. Не то чтобы это было срочно, но мне хотелось бы когда-нибудь научиться (меня вдохновляет рассказ Фейнмана, в одной из его автобиографических книг, о том, как он научился). Эта книга рекомендовал уже не помню какой источник; почитав отзывы на Амазоне и в других местах (ее критикуют за заходящие в псевдонаучный нонсенс объяснения всего через левое и правое полушария, но всю эту "теорию", пишут, можно пропускать, а советы и упраженения очень хорошие) , и полистав ее в магазине, решил купить. Еще не пытался по ней заниматься, правда, и неясно, когда найду для этого время.
  • The Last Samurai by Helen De Witt. Несомненно, лучший роман, прочитанный мной за последние годы. О том, какая это невероятная книга, трудно говорить и формулировать — возможно, я попробую как-нибудь написать об этом отдельную запись. Если вы читаете по-английски, то я его рекомендую так горячо, как это вообще возможно. Если нет - есть русский перевод ("Последний самурай"), мне известно о нем, что он, к сожалению, полон грубых ляпов и неверных прочтений переводчика; возможно, сквозь все это проглядывает красота оригинала — хотелось бы надеяться. Но сам я этот перевод не видел.