January 12th, 2009

moose, transparent

probably (англ.)

Недавно британские атеисты кинули клич, собрали деньги и купили рекламные плакаты на 800 автобусах, которые провозглашают:
THERE'S PROBABLY NO GOD.
Now stop worrying and enjoy your life.

("СКОРЕЕ ВСЕГО, БОГА НЕТ.
Так что перестаньте волноваться и живите счастливо")


(Подробнее об этой рекламной кампании можно прочитать в статье NYTimes)

Мне понравилось особенно это "probably", и я стал размышлять, как еше можно успокоить людей подобными плакатами.

Например (это компьютерное), можно написать
P probably != NP.
Now stop worrying and go discover some algorithms.

Или (математическое)

Гипотеза Римана скорее всего верна.
Так что перестаньте волноваться и... (тут мне изменила фантазия)

Или (филологическое)
"Тихий Дон" скорее всего написал Шолохов.
Так что перестаньте волноваться и займитесь составлением библиографического указателя к Чехову.


Ну и так далее. Предлагайте свои варианты!
moose, transparent

because it's there

Когда Джоржда Мэллори, английского альпиниста, спросили в 1923-м году, почему он хочет взобраться на Эверест, он ответил: "Because it's there". Год спустя он погиб во время очередной попытки, и тело его было найдено только в 1999-м году, а споры о том, погиб он после того, как добрался до вершины, или до, не утихают до сих пор.

Я люблю эту фразу и иногда применяю ее, к месту или не очень. Сегодня отчего-то задумался о том, что не понимаю, как перевести ее на русский, сохраняя всю ее отточенность. Кажется, она не очень известна по-русски, как и сам Мэллори, про которого нет, скажем, статьи в русской Википедии. Обычно переводят (по крайней мере, согласно Гуглу) "потому что он есть" или "потому что он существует". Из этих вариантов несомненно предпочтительней первый, но все равно, мне кажется, ему не удается передать замечательное ощущение, которое возникает от оригинала - это there, которое не просто утверждает существование Эвереста, но как бы в нашем внутреннем взгляде воздвигает его там, где он есть, заставляет в воображении перенестись к нему. Но я не знаю, как лучше, и сомневаюсь, что можно - другие напрашивающиеся варианты кажутся слишком корявыми.

Кстати, сама фраза в оригинале встречается в двух вариантах - "because it's there" и "because it is there". Как бы ни была мала разница, все же звучит по-другому, ритм другой - и я однозначно предпочитаю сокращенный вариант. Я попытался разузнать, в каком виде она появилась - и видимо, впервые эта фраза была опубликована в интервью с Мэллори, в выпуске New York Times за 18 марта 1923 года. Там сказано "because it's there". Но в этом же году, в той же газете, в редакционной статье за 29 августа, тот же ответ процитирован как "because it is there". Так что обе версии пошли гулять по свету уже в то время.

Это самое интервью довольно любопытно написано; точнее, это скорее очерк о Мэллори и альпинизме, включающий помимо текста журналиста несколько ответов Мэллори на вопросы, которые ему задавали. В качестве примера журналистского стиля того времени я процитирую последние два абзаца этого очерка:
If a returned explorer is properly polite and becomingly modest, his manner will give you the impression that he has done nothing that any earnest and industrious young man might not get up and do. For instance. Mr. Mallory will tell you that his real job is teaching English literature and history at the Charter House School for boys. He was in the habit of spending every August in the Alps, and when he was asked to go with the Everest expedition, he thought he'd do it "for a change". His chief interest is in writing, and he had a book on Boswell published a few years ago. He could tell you a lot about Boswell if you weren't so obviously interested in mountains.

Be not beguiled, O armchair explorer! Stick to the comparative security of your subway strap. For this quiet young man's casual comment raises the ghost of such a tremendous adventure as the fireside mind can scarce conceive: of crawling along knife edges in the teeth of a bitter wind; of chopping footholds up the face of a wall of ice; of moving on where each step may very reasonably be expected to be the last, and yet taking that step, and the next, and the next after that; of pushing up and up in spite of frozen fingers and toes, in spite of laboring heart and bursting lungs, until death is certain just ahead, and then turning back just as steadily, to wait for the next opportunity.