January 16th, 2009

moose, transparent

и-юнь ли

Рассказ китайско-американской писательницы И-Юнь Ли Gold Boy, Emerald Girl мне сначала не понравился, потом понравился, но в итоге сильно разочаровал. Герой, 44-летний китаец, вернувшийся в Пекин после 20-летнего пребывания на Западе, встречается по настоянию своей матери, желающей женить его, с бывшей ее студенткой. Постепенно, к середине и концу рассказа, мы узнаем все более и более важную информацию о каждом из троих персонажей; почему эту информацию, или хотя бы часть ее, нельзя было рассказать вначале? - потому что тогда не о чем было бы писать, ведь почти ничего не происходит. Весь конфликт протекает не между героями, их эмоциями или мыслями, а в мыслях читателя, которого автор пытается удивить постепенно разворачиваемыми откровениями. Слишком натянуто на мой вкус, хотя стиль - открытые, деликатно сбалансированные предложения с налетом минимализма - мне понравился.
moose, transparent

о норме

По следам дискуссии об "играться", вынесу в отдельную запись один из своих комментариев, слегка отредактированный:

Моя позиция проста. Норма, как объективное явление, существует. Но она состоит главным и важным образом не из отдельных шибболетов типа "ложить" или "играться", а из мириад разнообразных стилистических оттенков слов, конструкций, фонетических регистров, образующих стилистический континуум, в котором худо-бедно ориентируется каждый носитель русского языка.

Кроме этой объективно существующей нормы (исследовать и описывать которую входит в обязанности лингвистов), существует также очень бедный, карикатурный ее симулякр, нечто вроде злой пародии, состоящей из пригоршни случайным образом выбранных слов-шибболетов, которые без всяких на то оснований объявляются хранителями врат в Интеллигентность, Грамотность и Образованность. Основное назначение этого списка - обеспечивать нужды языкового снобизма, каковой я считаю несомненно порочным явлением; слова-шибболеты из этого списка должны приносить умиротворение тем, кто знает, "как правильно", и проводить четкую границу между ними и черной толпой, "безграмотными". Поскольку список выбран случайно, по прихоти того или иного коллективного невроза "грамотных", объективное качество слов в нем - т.е. степень, в которой они действительно коррелируют с описанной выше объективной языковой нормой - широко варьируется. Некоторые слова (напр. склонение слова "пальто") действительно почти никогда не употребляются образованными людьми. Некоторые (напр. слово "ложить" или форма "позвОнит", или кофе ср. рода) коррелируют с образованностью, но слабо; и притом есть огромное количество очень образованных, интеллигентных, и всячески умных людей, которые их используют. Некоторые (напр. надеть/одеть, или "довлеть" в обычном значении) вообще давно используются почти всеми, кроме тех, кто специально выискивает именно их ради их шибболетства.

Карикатурную шибболетскую норму, о которой идет речь, невозможно считать стоящей на страже изменений в языке; ведь практически все изменения в языке - лексические, морфологические, фонетические, синтаксические - которые произошли за последние сотни лет прошли мимо ее внимания. Примеров можно привести огромное множество. Шибболетская норма фокусируется на горстке конкретных слов, которые ей нужны ради языкового снобизма, и совершенно не обращает внимания на постоянно идущее развитие языка. Если это не самоочевидно, то напр. Чуковский в "Живой как жизнь" блестяще это демонстрирует.

Шибболетская норма существует во всех языках; напр. в английском ее сторонники требуют не раздвигать инфинитивы (split infinitives), не начинать предложений с предлогов, не пользоваться словом Hopefully в его вводном значении, итд. итп., литература очень обширна. Но, к сожалению, в русской культуре, в отличие от например английской, сложилась ситуация, при которой шибболетская норма поддерживается многими (уже, к счастью, не всеми) лингвистами; она возведена в почетный ранг общеязыкового стандарта, ради поддержания которого придумана химера "литературного языка"; в угоду ей составляются бедные, не отражающие живой язык словари, и главное - ее поддерживают и ее языковым снобизмом питается значительная часть образованной прослойки, "интеллигенции". Это - порочная и грустная ситуация.
moose, transparent

хаусмен

(с благодарностью)

Мне было девятнадцать,
Когда сказал старик:
"Дари рубли и фунты,
Но сердце держи внутри.

Разбрасывай алмазы,
А сердце - храни вдвойне".
Мне было девятнадцать -
На что советы мне?

Мне было девятнадцать,
И молвил старик опять:
"Не вздумай, что сумеешь
Так просто сердце отдать.
Взамен ты получишь горе,
А выкупишь - тоской."
Теперь мне минуло двадцать -
Все так и случилось со мной.


Оригинал:


A.E.Housman

WHEN I was one-and-twenty
   I heard a wise man say,
‘Give crowns and pounds and guineas
    But not your heart away;

Give pearls away and rubies
    But keep your fancy free.’
But I was one-and-twenty,
    No use to talk to me.

When I was one-and-twenty
    I heard him say again,
‘The heart out of the bosom
    Was never given in vain;
’Tis paid with sighs a plenty
    And sold for endless rue.’
And I am two-and-twenty,
    And oh, ’tis true, ’tis true.