February 21st, 2010

moose, transparent

самокопание

Внезапно пришло в голову, что я плохой переводчик поэзии по той же причине, по которой был в детстве плохим игроком в шахматы (у меня был первый разряд в детстве, после приезда в Израиль практически перестал играть). А именно: мне всегда было тяжело отказаться от красивых вариантов. Если я видел какую-то комбинацию или просто красивое продолжение, а потом понимал, что у соперника есть до этого лучше ходы, то мне психологически было тяжело отказываться от красивого варианта. Мне нередко удавалось убедить себя пойти на авось, в надежде вырулить все же на красивый вариант - а
соперник, естественно, не соглашался обычно, если видел, что ему не стоит. Я словно играл не столь за себя, сколько за партию в такие моменты - с предсказуемым результатом.

Когда я перевожу, точно таким же образом мне тяжело отказаться от удачной строки или фразы. Пусть никак не совместить ее по размеру или рифме с другими близлежащими строками - мне слишком жаль ее. Там, где хороший переводчик безжалостно отказался бы от нее, перебрал десять других вариантов, пришел бы в итоге к чему-то не хуже - а может, несколько хуже, что поделать, но органично совмещенным с остальным текстом - я хожу кругами на привязи и пытаюсь пристроить к ней хоть какие-нибудь рога и копыта.

P.S. (естественно, это не единственная причина в обоих случаях)

P.P.S. Если есть желающие попробовать перевести две хорошие строки из Джона Донна, вам сюда.