April 14th, 2013

moose, transparent

о тотальном диктанте

Тут была запись, которая подтрунивала над идеей "тотального диктанта", сравнивая ее с карго-культом. Но я решил ее стереть, потому что понял, что она написала обидно для людей, которым эта идея нравится и которые в нем участвуют. Попробую свое недоумение высказать менее категорично.

"Тотальный диктант", для тех, кто не знает - это "ежегодная образовательная акция, призванная привлечь внимание к вопросам грамотности и развить культуру грамотного письма... добровольный бесплатный диктант для всех желающих, который проходит одновременно в десятках городов России и мира (с поправкой на часовые пояса)."

В последние дни о нем много говорят в новостях, потому что какие-то больные на головуСоюз Писателей РФ выразил "озабоченность" тем, что текст диктанта в этом году написала писательница Дина Рубина, живущая в Израиле, и их немедленно поддержал жулик и вордепутат Ульяновской городской думы, подскочивший с письмом в Спортлотопрокуратуру. Мое мнение о "диктанте" не следует интерпретировать как поддержку этих идиотов. Возможно, высказывание этого мнения сейчас неуместно, учитывая эту вакханалию.

Своим сравнением с карго-культом я хотел подчеркнуть следующие соображения. Умение грамотно писать коррелирует с другими положительными качествами, которые многими ценятся. Такими, как, например: ум, вежливость, интеллигентность, усидчивость... Эта корреляция никогда не была идеальной - всегда, например, были гениальные писатели, не умевшие писать без ошибок. В прошлом их было еще намного больше, чем сейчас; я могу ошибаться, но по-моему, все гении русской классики 19 века писали с ошибками; чтение писем Пушкина в их оригинальном виде, до редакторов и корректоров, кого угодно излечит от заблуждения о том, что гениальное владение языком подразумевает безошибочную орфографию.
Но главное даже не в этом, а в том, что грамотное письмо является - часто, но не всегда - следствием всех этих остальных прекрасных качеств, но никак не причиной.

Умение писать без ошибок может быть полезным в двух разных направлениях. Во-первых, "само по себе", а во-вторых, как социальный индикатор вышеуказанных качеств: когда мы пишем без ошибок, мы посылаем сигнал окружающим о том, что мы образованы, интеллигентны итд. "Само по себе" - тут польза хоть и есть, но весьма ограниченна. Правописание попросту не столь важная штука, по сравнению с кучей других более важных вещей, хотя бы словоупотреблением и языком вообще [1]. Если кто-то пишет с ошибками, это почти никогда не приводит к путанице (потому что ошибки, как правило, идут в сторону "как слышится" и поэтому понятны читателю), и главный вред от этого - что быстро читать хуже получается, потому что глаз спотыкается. Это может быть неприятно, но вряд ли можно это считать символом падения нравов, упадка образования, конца цивилизации итд. итп. До эпохи интернета это вообще было совсем маловажным, потому что публичные тексты все проходили корректуру, а написанные от руки все равно читаются медленно. В эпоху интернета есть блоги итд., но с другой стороны есть и спеллчекеры, которые любому желающему помогут исправить основные ошибки. Если в тексте на три страницы после этого остались одна-две орфографические ошибки, нелепо утверждать, что они серьезно мешают чтению; неприятие такого текста на этих основаниях - это уже стопроцентный снобизм и больше ничего.

Что же касается снобизма, т.е. использования правописания как социального индикатора - в этом нет ничего зазорного, или как минимум более зазорного, чем судить о человеке по одежде, джинсам вместо костюма с галстуком итд. Но ведь организаторы "Тотального диктанта" как раз пишут, что с их точки зрения эта функция у правописания исчезла и они хотят ее вернуть: "Если раньше начитанность и навык грамотного письма были связаны с понятием «высокого», «элитного», «уважаемого», то теперь потребительская культура изменила ориентиры: «культурность» и, в частности, грамотность стали принадлежностью образа «неудачника», «зануды»..." Не вдаваясь в спор, действительно ли это так или нет, отмечу, что возвращение к снобизму на основании какого-то критерия трудно считать благородным мотивом, если этот критерий сам по себе никому не нужен; иными словами, смысл всей акции все равно должен лежать каким-то образом в пользе "грамотного письма" самого по себе, а не для обнаружения, кто на самом деле "элитный" и "уважаемый". А пользы этой, самой по себе, практически и нет - не настолько, это уж точно, чтобы такой огород городить.

Поэтому я и сравнил "Тотальный диктант" с карго-культом: как туземцы, желающие, чтобы вернулись боги на крылатых машинах и сбросили с неба ящики с едой и тканью, строят поддельные диспетчерские вышки и сажают в них поддельных диспетчеров с деревянными наушниками на ушах, так и организаторы диктанта стремятся возродить упавший по их мнению авторитет грамотного письма, чтобы оно повлекло за собой все те хорошие качества, которые по их опыту и убеждениям коррелируют с умением грамотно писать. Но причинно-следственная связь, увы, идет в другую сторону.

[1] По этой же причине мне было и остается непонятным количество энергии, которую люди вкладывают в обсуждение ничтожных по значению вопросов орфографии. Как, например, несколько лет назад поднялась огромная буча по поводу предложения писать "брошюра" и "парашют" через у, и еще нескольких подобных мелких изменений. То, через какую букву писать слово "парашют" - мелкий и незначительный вопрос в сравнении с тем, как использовать это слово, что оно значит, и, главное, раскроется он или нет; и если бы это написание действительно изменили, через несколько лет все бы к этому привыкли, забыли, что было по-другому, и никого бы это не волновало (и мы знаем, что это так, потому что есть подобные прецеденты, в том числе в 20-м веке: написания слов итти и чорт, например, отмененные в 1950-х). Количество и интенсивность возникшего тогда бурного протеста по поводу самой идеи лишить людей этой бесконечно дорогой им буквы ю в этих двух словах может, по-моему, быть объяснено только посылкой социальных сигналов - т.е. стремлением людей покрасоваться перед собой и другими на тему того, как им дорог великий родной русский язык, не понимая даже разницы между собственно языком и орфографией.
moose, transparent

анекдот

Гуляя по журналам, прочитал уже не помню где старый израильский анекдот времен 1995-1996 где-то. Мне он очень понравился своей структурой, так сказать, и не выходит из головы. Наверняка баян, но что поделать. То, что я его цитирую, не следует принимать за согласие с его политическим аргументом :)

— Рабин, Перес и Арафат прыгают с десятого этажа. Кто спасется?
— Еврейский народ!
moose, transparent

мимоходом

moose, transparent

то же самое верно в отношении сепулек

Совет про то, как понять монады, из презентации What I Wish I Knew When Learning Haskell:
Eightfold Path to Monad Satori

  1. Don't read the monad tutorials.
  2. No really, don't read the monad tutorials.
  3. Learn about Haskell types.
  4. Learn what a typeclass is.
  5. Read the Typeclassopedia.
  6. Read the monad definitions.
  7. Use monads in real code.
  8. Don't write monad-analogy tutorials.
Мне особенно нравится, как последний пункт замыкает круг, начатый первым.

В принципе, это хороший совет, но не для всех (как обычно). Почему автор решил, что то, что кажется правильным ему, подойдет всем изучающим Хаскель - остается неясным. То есть непонятно, это опирается на какую-то нетривиальную рефлексию, опыт обучения итд., или это наивное обобщение от себя любимого. Мне-то лично как раз этот совет по душе, но я не хочу наивно обобщать.
moose, transparent

чуть-чуть о педофилии

Юля Фридман ссылается на какого-то адвоката Жарова, который пишет:
Теперь про педофилию. Ко мне с начала 2012 года по настоящий момент обратилось уже 9 (прописью — ДЕВЯТЬ) человек, которые все рассказывали одно и то же: их бывшая
жена говорит (пишет заявления) о том, что имярек — педофил. По отношению к собственному ребенку — педофил.
И продолжает дальше:
в большинстве, подавляющем большинстве, то, что рассказывают о «педофилии» бывшего мужа бывшие жёны — вообще ничем не подкрепленные фантазии. В ряде случаев — подкрепленные чем-то, но — по-прежнему — фантазии. Реальный уровень тех граждан, которые способны причинить умышленно вот такое вот зло своему дитя держится на уровне единиц в год на всю Россию.

А вот число бывших супруг, желающих уничтожить бросивших их мужчин, исчисляется сотнями тысяч. И кому-то из них приходит в голову и такое. Особенно, если ребенок, например, жалуется, что ненавистный гад её (или его) «обижал» (неважно как)…
Ну и откуда он это, спрашивается, знает - про "единицы в год на всю Россию"? Откуда он это МОЖЕТ знать? Где у этого адвоката в голове расположен тайный орган, который позволяет ему войти в духовное единство со всем населением России и оценить количество людей, способных на педофильские поступки по отношению к своим детям?

Судя по материалам, что мне попадаются, в России сейчас нагнетается истерика в отношении педофилии, под которую наверняка попадут немало невинных людей (как это случилось в Америке в конце 80-х - начале 90-х), и это ужасно. Более того, ложные обвинения бывшего мужа после развода в педофилии несомненно существуют, и это тоже ужасно. Но как можно от этого ничтоже сумняшеся перейти к "единицам на всю Россию", у меня не укладывается в голове. Т.е. укладывается, но ничего хорошего об адвокате Жарове это не говорит.

На Западе пытаются оценить масштабы педофилии вообще и инцеста в частности уже давно и затрудняются это сделать. В частности, пишут, что в Финляндии
A 1992 survey studying father-daughter incest reported that of the 9,000 15-year old high school girls who filled out the questionnaires, of the girls living with their biological fathers, 0.2% reported father-daughter incest experiences; of the girls living with a stepfather, 3.7% reported sexual experiences with him.
Но, наверное, это финны - такая развратная нация, еще потому, что нет у них адвоката Жарова, знающего реальный уровень.