April 21st, 2013

moose, transparent

о чтении с листа

Я пришел к выводу, что в моем изучении фортепиано мне необходимо больше внимания уделять чтению с листа. Для тех, кто не знает, "читать с листа" (англ. sight-reading) - это когда музыкант берет ноты, которые раньше никогда не видел, и правильно играет эту музыку. В зависимости от сложности музыки и мастерства музыканта в чтении с листа он, возможно, сыграет ее в более медленном темпе, чем указано, и не так отшлифованно, как при исполнении хорошо знакомого и заученного произведения, но все остальное будет верно. Для учеников обычна ситуация, когда умение читать с листа (если ему уделяют должное внимание) отстает на несколько "уровней" по сложности музыки от умения играть знакомые и разученные вещи. Скажем, я играю простейшие менуэты Баха, но, увидев новый для себя менуэт такого уровня, не смогу сыграть его с листа без ошибок в нотах или ритме; а мелодию уровня "в траве сидел кузнечник" вполне смогу (или что-то потяжелее; где-то между этими двумя примерами лежит моя сегодняшняя граница умения читать с листа; несомненно, она сильно ближе к кузнечику, чем к Баху...)

Мне всегда умение читать с листа казалось сущим волшебством, и с тех пор, как я начал заниматься фортепиано, я немало об этом читал - обсуждений на форумах, статей, кратких пособий - потому что мне хотелось понять хотя бы на интеллектуальном уровне, как такое возможно, как можно так быстро схватывать незнакомую музыку глазами, обрабатывать ее головой и посылать пальцам. Главный совет, который повторяется снова и снова - это что читать с листа можно научиться только и единственно путем постоянных тренировок этого умения на незнакомой музыке. Для этого, например, существуют десятки пособий специально для чтения с листа, в которых подобраны пьесы, развивающие разные аспекты этого умения и расположенные по "уровням".

Почему я думаю, что мне нужно уделить больше внимания этому? Потому что на данный момент я настолько медленно воспринимаю нотную музыку, что не могу даже нормально следить за нотами, когда играю уже знакомую вещь. А это приводит к тому, что довольно быстро я выучиваю наизусть то, что разучиваю, и при исполнении невольно полагаюсь на мышечную память пальцев. Против этого как раз предостерегают многие педагоги, известные книги итд. И моя учительница то же самое мне говорит. Правильным при изучении (в отличие от, скажем, шлифовки к концертному выступлению) является держать взгляд главным образом (или исключительно) на нотах, даже если уже помнишь их, и все время сверять свою игру с ними. Это, по крайней мере, я слышу со всех сторон. Но я так просто не могу, по трем причинам:

- недостаточно хорошо чувствую клавиатуру, часто ошибаюсь, когда пытаюсь "вслепую" сыграть ноту, особенно за пределами ближайших ко мне двух октав, и особенно гармонический интервал/аккорд
- (возможно, это связано с предыдущим) у меня нет достаточно четкой внутренней картины клавиатуры, когда я смотрю на ноты, есть слишком неопределенная, распадающаяся картинка в уме
- (самое главное) я неплохо уже быстро считываю отдельные ноты как в скрипичном, так и в басовом ключе. Конечно, можно еще быстрее, и иногда я все еще путаю отдельные пары, как например ля и верхнее до, но в целом это работает. Однако как только появляются аккорды, это все - кроме самых простых случаев мне нужно 5-10 секунд, чтобы медленно разобраться в том, какие ноты входят в этот аккорд, и даже если под ним написаны номера пальцев, то какие пальцы относятся к какой ноте. Даже если я выучил эту вещь и знаю, что играть, во время исполнения мне нужны долгие секунды, чтобы понять, что я действительно играю вот этот аккорд в этом такте, чтобы совместить то, что делают уже заученно пальцы и то, что написано на листе.

(мне очень интересно, кстати, что происходит в голове у пианиста, когда он читает с листа? Вот, скажем, он видит трезвучие до-ми-ля в басу. Он видит внутренним взглядом часть клавиатуры, и на ней "отмечены" эти самые ноты? Или нотная запись переходит в указание пальцам вообще без такой картинки? У него в голове мелькает где-то информация "минорный секстаккорд, построенный на ля", или это опознавание во время игры с листа ему не нужно?)

Тренировка чтения с листа должна, мне кажется, помочь в работе над всеми тремя этими недостатками, и поэтому я думаю, что мне нужно этим заниматься в дополнение к тому, что я делаю на обычных уроках и в процессе подготовки к ним. Но еще не решил, как заниматься. Можно попробовать купить какие-то сборники нот специально для чтения с листа (пример), но их очень много и трудно выбрать. Можно подумать о том, есть ли какие-то хорошие программы/сайты/аппы для таблетов, специально под это заточенные. Например, вроде хвалят SightRead4Piano, но мне не нравится, что музыку там отдельно надо покупать, и не уверен, что это так уж удобно). Еще я нашел интересную бесплатную книгу Sight Reading Skills, которая предлагает прорабатывать "Микрокосмос" Бартока (и дает много других полезных советов). Еще можно попробовать чаще играть, закрывая от себя клавиатуру, так, чтобы были видны только ноты; сейчас это у меня выходит ужасно, но если тренироваться больше... (кстати, в вышеупомянутой книге цитируется любопытный совет Карла Филиппа Эммануэля Баха - сына Баха - играть выученные наизусть вещи в темноте). В общем, буду думать и выбирать; советы знающих людей, как обычно, принимаются с благодарностью.
moose, transparent

о бостоне

В нескольких журналах видел эмоции типа
"Зрелище охоты на человека оставило очень тяжелое ощущение. Справедливость восторжествовала, конечно, и он преступник и убийца. Но почему-то я не испытываю торжества."
А в одном журнале (под замком, поэтому ссылки не даю) вспомнили об отличном рассказе Чапека "Конец Оплатки".

Еще многие, кажется, бостонские люди выражают сомнение в том, что стоило закрывать весь метрополис, просить людей сидеть дома и не выходить, итд.:
Но все-таки мне представляется несколько странным, что для поимки одного девятнадцатилетнего уебка вооруженного пистолетом и самодельной бомбой, теперь, оказывается, можно на целый день практически закрыть миллионный город. И не просто закрыть, а еще и превратить его в гигантское reality show на весь мир. Такая идея, как мне кажется, чревата [...]
Или вот Скотт Ааронсон, известный блоггер (и лектор MIT) в области квантовой сложности:
The whole Boston area is basically a ghost town now, with the streets empty on a beautiful spring day and the sound of helicopters filling the air. I was just up on my roofdeck to watch, and never saw anything like it. I can’t help thinking that it sets a terrible precedent to give a couple doofus amateur terrorists the power to shut down an entire metropolitan area.
moose, transparent

практическая криптография

The Matasano Crypto Challenges выглядят довольно интересно. Особенно тем, кто совсем незнаком с современной криптографией, может быть и полезно, и интересно попробовать. Мачей Цегловски недавно их прошел и подробно описал свои впечатления.
moose, transparent

биология страшнее ужастиков

moose, transparent

переводы и объяснения

Я ненавижу, когда переводчик объясняет читателю более того, что ему сказал автор. Это обычно разрушает авторский замысел и портит перевод даже хуже, чем непонимание какого-то слова или оборота, или стилистическая неловкость. Меж тем объяснение сверх меры - один из самых частых пороков советских и пост-советских переводов.

Но этот пример как-то особенно возмутителен. Я читаю роман Джина Вулфа, гениального американского фантаста, под названием "Soldier in the Mist". Этот роман формально, наверное, считается фентези, но по сути дела это замечательный исторический роман с элементами фантазии. Его главный герой - солдат-наемник по имени Латро родом из Италии; его родной язык латинский, но действие происходит в 5-м веке до нашей эры, во время войн между греческими городами и Персией, когда Рим был незначительным малоизвестным поселением. Латро получает ранение в голову, которое вызывает у него амнезию, так что он не помнит свое прошлое (кроме, смутно, детства), и забывает все происходящее на следующий день. Чтобы помнить что-то о себе, он ведет дневник, в котором пишет на латыни о своих скитаниях по Греции; по мере возможности он перечитывает его, чтобы вспомнить, где он находится и почему, и что за люди рядом. Этот дневник (якобы найденный в наше время и переведенный Вулфом) и является текстом романа.

Так вот, одна из замечательных находок Вулфа - это что большинство греческих городов, островов, стран итд. названы именами, которые "переведены" с греческого на родной язык рассказчика, а потом Вулфом на английский. Иногда это перевод по очевидной Латро этимологии слова, иногда по ассоциациям, которое вызывает это место. Например, вместо "Беотия" он говорит "Cowland", вместо "Спарта" - "Rope" (путая с греческим словом спартон, не связанным с названием страны), вместо "Египет" - Riverland. Города у него называются Hill, Peace, Thought, Clay, и за всеми этими названиями стоят греческие имена, иногда очевидные, иногда не очень. Все это позволяет читателю ощущать в какой-то мере то остранение и дизориентацию, которую ощущает сам рассказчик, каждое утро просыпающийся без памяти, и не знающий, что такое "Спарта" и "Афины". Каждое утро ему кто-то должен объяснить, где он находится (или он читает в своем дневнике), и все эти слова "Спарта", "Афины" итд. для него словно впервые услышаны, поэтому неудивительно, что он их "переводит" на родной язык; было бы странно, если бы он ими свободно пользовался, впервые услышав полчаса назад.

Это очень, очень интересная находка, которая задает тон всей книге, постоянно напоминает нам о том, в каком странном положении находится Латро. И вот в русском переводе ("Воин тумана"), это взяли и... убрали. Просто заменили все эти странные названия на "правильные" греческие имена. Глава "Among the Slaves of the Rope-Makers" называется "Среди рабов Спарты", и так далее. Полностью теряется весь этот важнейший эффект (поверьте мне на слово: я процитировал лишь один пример, но таких много на каждой странице); получается серьезное стилистическое противоречие с тем, что Латро ничего не помнит каждое утро. И зачем все это? ради чего? Я искренне не понимаю, ведь переводчик (или редактор) должен был сознательно принять такое решение, ведь они не могли не понимать, что автор это для чего-то делает, что почему-то он не пишет "Athens" и "Egypt" по-английски. Как можно вот так вот взять и изуродовать авторский стиль, и для чего? Неужели из убежденности, что читатель тупой и не поймет? Или слепой веры в то, что если читателю что-то неясно, то это обязательно плохо и не может быть авторским замыслом?

Обидно. Книга-то очень хорошая.