October 3rd, 2015

moose, transparent

лучшие французские фильмы

Таймаут предлагает список 25 лучших французских фильмов всех времен.

Выпишу все фильмы здесь (по ссылке есть также кадры и комментарии):

25. «Самурай» (Le Samourai), 1967
24. «Клео от 5 до 7» (Cleo de 5 a 7), 1962
23. «Прошлым летом в Мариенбаде» (L'Année Dernière à Marienbad), 1961
22. «Холодные закуски» (Buffet froid), 1979
21. «Дед Мороз — отморозок» (Le père Noël est une ordure), 1982
20. «Ван Гог» (Van Gogh), 1991
19. «Зеленый луч» (Le rayon vert), 1986
18. «Наудачу, Бальтазар» (Au hasard Balthazar), 1966
17. «Вальсирующие» (Les Valseuses), 1974
16. «Мой дядюшка» (Mon oncle), 1958
15. «Великая иллюзия» (La Grande Illusion), 1937
14. «Плата за страх» (Le salaire de la peur), 1953
13. «Девушки из Рошфора» (Les Demoiselles de Rochefort), 1967
12. «Американская ночь» (La nuit américaine), 1973
11. «Армия теней» (L'Armée des ombres), 1969
10. «Красавица и чудовище» (La Belle et la Bête), 1946
9. «400 ударов» (Les quatre cents coups), 1959
8. «Аталанта» (L’Atalante), 1934
7. «Презрение» (Le Mépris), 1963
6. «Время развлечений» (Playtime), 1967
5. «Глаза без лица» (Les yeux sans visage), 1959
4. «Безумный Пьеро» (Pierrot le fou), 1965
3. «Дети райка» (Les Enfants du Paradis), 1945
2. «Мамочка и шлюха» (La maman et la putain), 1973
1. «Правила игры» (La Règle du jeu), 1939

Я довольно плохо знаю французское кино, и из этого списка видел только пять фильмов. Есть ли мнение у знающих людей о том, насколько это качественный список? Действительно ли следует смотреть все или почти все фильмы отсюда?
moose, transparent

оттепель

Нагибин писал в дневнике в 69-м году:

"...И кроме того, я решительно неспособен принять возвращение этакого стыдливого сталинизма. Я не могу включиться в круто замедлившийся ритм жизни. Чиновники, число которых всё растет, не хотят ничего решать, и я среди них похож на человека, снятого со скоростью 16 кадров в минуту и вмонтированного в фильм, снятый на 24 кадра в минуту. Моя мельтешня, быстрота работы, желание так же быстро и точно знать ответ, как я выполняю задание, ставит меня то и дело в глупое и беспомощное положение. Я утратил чувство ориентации в окружающем и стал неконтактен. И никак не могу настроить себя на волну кромешной государственной лжи. Я близок к умопомешательству от газетной вони, я почти плачу, случайно услышав радио или наткнувшись на гадкую рожу телеобозревателя."

И позже в том же году:

"Нет ничего страшнее передышек. Стоит хоть на день выйти из суеты работы и задуматься, как охватывают ужас и отчаяние. Странно, но в глубине души я всегда был уверен, что мы обязательно вернемся к своей блевотине. Даже в самые обнадеживающие времена я знал, что это мираж, обман, заблуждение, и мы с рыданием припадем к гниющему трупу. Какая тоска, какая скука! И как все охотно стремятся к прежнему отупению, низости, немоте. Лишь очень немногие были душевно готовы к достойной жизни, жизни разума и сердца; у большинства не было на это сил. Даже слова позабылись, не то что чувства. Люди пугались даже призрака свободы, ее слабой тени. Сейчас им возвращена привычная милая ложь, вновь снят запрет с подлости, предательства; опять – никаких нравственных запретов, никакой ответственности,- детский цинизм, языческая безвинность, неандертальская мораль."


Прочитав эти отрывки, я подумал о том, что не понимаю и не представляю себе хрущевскую оттепель, потому что совершенно не ожидал, что в таких резких словах можно было описать ее угасание. Не знаю, как это объяснить точнее. Ну вот такие слова, как в этих цитатах - представьте себе, что в 91-м ГКЧП победил и немедленно закрутили гайки обратно в 83-й, вот тогда они мне кажутся возможными. После того, как в конце 80-х была свобода печати, обширная критика власти, сто цветов разных идеологий, открытые границы. Тогда да. Но в "оттепель", как я это понимал, ведь не было этого всего. Что было - послабление в общественном контроле за тем, что в частной жизни делаешь, какую музыку играешь, какие штаны носишь. Разрешение ругать сталинизм (но не ленинизм и руководящую роль партии). "Один день Ивана Денисовича" и еще несколько романов на эту тему в толстых журналах. КВН. И все в общем-то. Нет у меня понимания ОГРОМНОЙ разницы между, скажем, 62-м годом и 72-м. Нет представления о крутом повороте всей жизни.

Но я, наверное, неправильно все это представляю, потому что написал же Нагибин эти строки, и из них создается впечатление совсем другое, намного более мощный переворот всего общества - и соответственно более мощный откат потом. И еще несколько примеров в этом духе мне попадались. Недавно я прочитал "Белую книгу" - самиздатский сборник 67 года, в котором приводятся письма, статьи, судебные материалы процесса Синявского и Даниэля, который проходил в конце 65 - начале 66 годов. Там одно из сильнейших впечатлений было - письма протеста в редакции "Известий", "Литературной газеты" (после статей в них, которые клеймили предателей Родины и клеветников на советский народ), в Верховный Совет. В них снова и снова прочитывалось - не всегда сказанное прямо, но легко ощутимое - даже не столько негодование, сколько недоумение: как же так, что же вы делаете, сволочи? Ведь было же нормально, без этого гнусного кривляния, а вы опять? Но как же вы собираетесь эту зубную пасту обратно в тюбик затолкать? (и затолкнули ведь). И опять я не понимал, читая эти письма: ну хорошо, частично это диссидентская риторика, но все равно, это недоумение искреннее. Но что же они читали такого свободного в "Известиях" и "Литгазете" до дела Синявского и Даниэля? Почему решили, что паста уже выжата из тюбика?

Помогите мне лучше понять: КАК ЭТО БЫЛО в начале и середине 60-х? Как ощущалась в обыденной и интеллектуальной жизни хрущевская оттепель? Может, есть книги, которые помогают лучше это представить? Может, те из моих читателей, кто помнят эту эпоху в сознательном возрасте, могут рассказать о том, как они это помнят? Буду очень благодарен за мысли, воспоминания, ссылки...