Anatoly Vorobey (avva) wrote,
Anatoly Vorobey
avva

Category:

целаканты

Прочитал недавно сборник фантастики за 2002 год (что-то типа best-of), и мало что там запало в душу, но вот один рассказ никак не выходит из головы. Автор Роберт Рид, называется "Целаканты" (Robert Reed, Coelacanths). Целаканты, для тех, кто, как я, не знает или не помнит, это такой древний отряд кистеперых рыб, про которых думали, что они вымерли все много миллионов лет назад, пока не поймали живых представителей в 1938 году. Их считают примером "живых ископаемых".

Сам рассказ, скажу сразу, довольно слабый, по-моему. Ну то есть он написан слабо, состоит из разрозненных частей, которые не очень соединяются, многое туманно или непонятно, причем явно вопреки замыслу автора, а не потому, что он хотел оставить непонятным. В целом не понравился мне - кроме собственно главной идеи и метафоры, через которую она выражена.

(далее идут спойлеры, но не особенно серьезные)

Ну вот, в этом рассказе развивается такая тема: люди достигли небывалого уровня развития и размножились в невообразимых количествах, их бессчетные квинтиллионы. Более того, эти люди будущего существуют одновременно в тысячах разных видов, занимая все ниши бытия: например, миниатюрные существа размером с бактерию, питающиеся энергией. Для них открыты пути во всякие дополнительные измерения, кроме обычных (не вполне ясно, что это значит), и они расселились на миллионах или миллиардах звездных систем и галактик. Рассказ построен как чередующиеся эпизоды из жизни нескольких таких людей разных "видов". Но к концу рассказа, постепенно, становится понятным, что настоящие хозяева всего вокруг - какие-то непонятные "они", которых когда-то создали люди (видимо, переросшие людей искусственные интеллекты), и в сравнении с ними люди всех "видов" - как бактерии в сравнении с нами. Эти "они" создают и уничтожают миры и открывают новые измерения, и полностью управляют всем, а люди живут в этом постоянно меняющемся мире, как могут, и умирают, когда не могут, а "им" до этого всего обычно столько же дела, сколько нам до жизни и смерти бактерий. Название рассказа объясняется в конце, когда один из персонажей смотрит на рыбу в аквариуме и говорит (перевожу с оригинала):

"Они называются целаканты. Когда-то они были редкими. Я их изучал одно время. Они древние и примитивные, и почти целиком вымерли к тому времени, как мы их нашли. Но когда *они* вырвались, освободились, и уничтожили Землю... и забрали всех и вся с собой в небо..."

"В общем", промямлил он, "сейчас существует больше целакантов, чем когда-либо в прошлом. Они живут в миллионе океанов, и выходит, что добились успеха, о котором никогда раньше не могли и мечтать." Он замялся, потом добавил: "Примерно как и мы сами, я бы сказал. Как люди. Правда ведь?"


И вот именно эта часть, это окончательное раскрытие темы, сделано хорошо по-моему, и не идет у меня из головы уже несколько дней. Тема о том, что такое "успех", например, целой цивилизации. "Успех" ли это добиться невообразимых в прошлом количества и качества жизни и способностей и возможностей делать, что хочется, если все это происходит в тени и по милости несравнимо более могущественной цивилизации?

Роберт Рид в этом рассказе рубит с плеча по вопросам, которых, мне кажется, многие авторы касаются, но полегче, вскользь. Например, "Волны гасят ветер" Стругацких - там в финале людены покидают Землю в неизвестном направлении. Что если бы они остались и "направляли" развитие земной цивилизации, что не составило бы для них труда?

Или цикл Иэна Бэнкса про цивилизацию Культуры, в которой основные решения принимают Разумы, бесконечно более мощные интеллектом, чем отдельные люди. Людей огромное количество, они расселились по Галактике и Разумы снабжают их всем, что они пожелают - но чего стоит такое существование и есть ли у него цель? При том, что романы Бэнкса обычно занимаются контактами и конфликтами между Культурой и другими цивилизациями, Бэнкс часто возвращается к этому вопросу: взаимодействия между людьми и Разумами и огромное неравенство между ними в таком общении. Это как рана для него, которую он бередит снова и снова. Например, во "Взгляде с наветренной стороны", где знаменитый композитор Циллер беседует с аватаром-манифестацией Разума:

– В чем дело?
– Я думаю.
– О чем?
– О том, о чем думал с самого первого дня моего приезда сюда, о том, о чем никогда у вас не спрашивал, сначала оттого, что меня беспокоил ответ, а позже – оттого, что, вероятно, уже знал его.
– Вот и хорошо. Но о чем же все-таки вы так долго думаете?
– Можете ли попробовать вы или сам Разум воплотиться в меня как в композитора, – то есть написать вещь, симфонию, например, которую все признали бы моей, и я сам, прослушав ее, мог бы ею гордиться?
Аватар нахмурился, но не замедлил шага, а только крепко сцепил руки за спиной.
– Да, я думаю, это возможно, – наконец нехотя сказал он.
– И это будет просто?
– Нет. Но не более трудно, чем любая другая сложная задача.
– Но ведь вы сделаете это гораздо быстрее, чем я?
– Полагаю, да.
– Хм… – Циллер замолчал и поглядел за спину аватара, туда, где медленно проплывали скалы и тонкая паутина деревьев. Под ногами нежно покачивалась палуба. – Так почему симфонию должен все же писать я или еще кто-либо?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →