Anatoly Vorobey (avva) wrote,
Anatoly Vorobey
avva

Category:

ссылки

1. Борзые, приборзевшие, чушки. О колониях для несовершеннолетних.

"У меня было второе свидание с родителями через два месяца, как я попал в колонию после тюрьмы. На первом свидании я был синюшного цвета — как цыплят раньше продавали. Я маме объяснял, что болею, а это меня просто били в процессе подъема по статусной лестнице. После длительной истории, как я поднимался на этой зоне, мне досталась от моего предшественника синяя куртка. И я страшно гордый на второе свидание пришел в этой синей куртке, в клешёных брюках. Меня пропустили без досмотра, я посидел целый час с родителями — а кого-то обыскивали, и они иной раз по 10 минут только могли находиться с родственниками. И мама прошептала: «Миш, тебе тут совсем плохо живется? Все в черных куртках, а ты один — в темно-синей». А папа сказал: «Этот подлец и здесь устроился». Встал и вышел, хлопнув дверью. Он-то сразу понял, что это эксклюзив, что это говорит о высоком статусе."

2. «Хорошую фотографию нельзя пересказать по телефону» Двадцать снимков Сергея Максимишина.

"Чем плоха плохая фотография, существенно легче объяснить, чем понять, чем же хороша хорошая. Я потратил немало времени, чтобы убедиться в том, что мне не под силу придумать достаточный критерий «хорошести» фотографии. Но зато я знаю множество необходимых свойств хорошей фотографии. Так мусульмане считают Аллаха принципиально непостижимым, но перечисляют его свойства: всезнающий, всемогущий, возвышенный, всевышний, etc.

Так вот, по моему скромному мнению: хорошая фотография всегда удивительна , хорошая фотография не отпускает , хорошую фотографию нельзя переснять, хорошая фотография правдива , хорошая фотография нерукотворна , хорошую фотографию нельзя пересказать по телефону."



"Про фото: в очередной раз карточка про то, как важно дать Богу шанс. Сколько раз рабочий бросал, столько раз я нажимал на кнопку. И в только в одном кадре из сотни снятых все встало на места. То, что зрителю кажется феноменальной удачей, как правило, достигается статистикой."

3. Переводчик Виктор Голышев – о Бродском, цензуре и идеализации 60-х

"Все, конечно, зависит от способностей переводчика. Я читал у какого-то англичанина "Записки охотника" – там от Тургенева, от музыки ничего не осталось. Остался педантизм. А человек по фамилии Герни перевел "Мертвые души" совершенно изумительно. Кроме того, Мирра Гинзбург замечательно перевела "Собачье сердце", там все на месте. Одна пустячная ошибка на весь текст. Два раза слышал – казалось бы, невозможное – прекрасные переводы Хлебникова.

Платонова и Пушкина перевести вроде бы нельзя. А вот Толстого и Достоевского можно. У Платонова чем страшнее сюжет, тем вывихнутее язык. "Счастливая Москва", "Котлован", "Чевенгур". Если "Реку Потудань" читать, там ничего особенного нет. Мы со студентами разбирали перевод – нормально все переведено."
Tags: ссылки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments