Anatoly Vorobey (avva) wrote,
Anatoly Vorobey
avva

Category:

книги: пропащий

Томас Бернхард, "Пропащий"

Thomas Bernhard, The Loser

Перечитал этот роман Бернхарда, единственный, что я читал (английскую версию; впечатляет разница между английским и русским названиями, интересно, какое из них ближе к оригиналу). Одна из самых мизантропических книг на моей памяти. Написана очень длинными предложениями без абзацев, при этом читается легко и быстро, своеобразный стиль этих длинных предложений, полных повторений, завораживает.

"Мы часто представляем себе, как сидим за одним столом с теми, к кому всю жизнь испытывали симпатию, пускай даже с так называемыми простыми людьми, которых, что естественно, мы представляем себе иначе, чем они есть на самом деле, ведь если мы на самом деле сядем рядом с ними, то увидим, что они совершенно не такие, как мы о них думали, и что мы абсолютно к ним не относимся, хотя и убеждали себя в обратном, и что за их столом и среди них мы получаем один ужасный удар за другим и потом долго еще переживаем, а все потому, что подсели к ним за стол и верили, что мы такие же, как они, — впрочем, к ним можно безнаказанно подсесть, но ненадолго, хотя и это большое заблуждение, думал я."


Это было типичное предложение Бернхарда. Весь роман построен как внутренний монолог рассказчика, который посещает место жительства его давнего друга, покончившего жизнь самоубийством. Он вспоминает, как в молодости вместе с другом и молодым, тогда еще не знаменитым канадским пианистом Гленном Гульдом учился у великого пианиста Горовица, и как рассказчик и друг бросили играть на пианино, когда увидели масштаб гениальности Гульда, и после этого их жизни текли совершенно бездарно и никчемно, пока друг не покончил жизнь самоубийством, и вот рассказчик посещает его сельский дом и вспоминает их жизнь, а попутно жалуется на вообще все, но особенно на Австрию и австрийцев, жителей больших городов и сельских жителей, бранит их снова и снова, бранит также умершего друга, и вообще вся книга это непрекращающийся монолог его брюзжания.

Бернхард был одним из самых известных писателей в Австрии второй половины 20 века, но при этом все его книги переполнены до краев руганью в сторону Австрии и австрийцев. В своем завещании он повелел не публиковать никакие его книги в Австрии, пока не кончится копирайт (после долгих судебных тяжб это требование потеряло силу). Сюжет "Пропащего" выдуман Бернхардом - реальный Гленн Гульд никогда не учился у Горовица, и другие подробности его жизни автор тоже исказил по своему усмотрению, оставив, тем не менее, костяк существующего мифа о Гульде-затворнике.

"Вертхаймер хотел стать пианистом-виртуозом, я-то этого совсем не хотел, думал я, для меня виртуозная игра на рояле была лишь бегством, тактикой затягивания времени, отсрочкой чего-то, хотя мне никогда не было ясно и до сих пор не ясно — чего; Вертхаймер хотел стать пианистом, я — не хотел, думал я, он на совести Гленна, думал я, Гленн сыграл всего лишь несколько тактов, и Вертхаймер сразу же подумал о капитуляции, я хорошо помню, Вертхаймер зашел в аудиторию, выделенную Горовицу на втором этаже Моцартеума, и услышал, увидел Гленна, встал как вкопанный у двери, будучи не в состоянии сесть, Горовиц попросил его сесть, но Вертхаймер не мог сесть, пока играл Гленн, и лишь когда Гленн закончил играть, Вертхаймер сел, закрыл глаза, не сказал больше ни слова, эта картина все еще ясно стоит у меня перед глазами, подумал я. Говоря патетически, это был конец, конец вертхаймеровской карьеры виртуозного пианиста. Мы десять лет учимся играть на инструменте, который выбрали для себя, а потом услышим, после всех этих изнурительных, довольно-таки удручающих десяти лет, несколько тактов в исполнении гения, и с нами покончено, думал я. Вертхаймер не признавался в этом годами. Но эти нескодько тактов в исполнении Гленна стали его смертью, думал я. Для меня — нет, ведь еще до того, как познакомился с Гленном, я уже думал о том, чтобы все бросить, думал о бессмысленности своих усилий, там, откуда я пришел, я всегда был лучшим, я к этому привык, мне не была противна мысль все бросить, прекратить бессмыслицу, несмотря на все голоса, уверявшие меня в том, что я отношусь к лучшим, ведь принадлежать к лучшим мне было недостаточно, я хотел быть лучшим или не быть совсем, поэтому я все бросил, подарил свой «Стейнвей» дочери учителя из Альтмюнстера, думал я."


Рекомендую, 5/6.
Tags: книги, прочитал
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments