?

Log in

No account? Create an account
об израильской тюрьме - По делам сюда приплыл, а не за этим — ЖЖ [entries|archive|friends|userinfo]
Anatoly Vorobey

[ website | Website ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Links:| English-language weblog ]

об израильской тюрьме [ноя. 2, 2017|04:20 pm]
Anatoly Vorobey
[Tags|]

Прочитал воспоминания доктора Леонида Уманского, психиатра, умершего в прошлом году. Уманский работал окружным психиатром в Иерусалиме, и в 2010-м году его арестовала полиция и обвинила в том, что он за взятки ставил ложные диагнозы ультрарелигиозным пациентам, чтобы те могли получать пособия. После 8 дней в тюрьме его выпустили под залог, шло следствие, потом прокуратура мурыжила дело еще 5 лет, не закрывая и не передавая в суд, а потом он заболел и умер.

Все эти годы он не мог вернуться к работе в государственных структурах (включая больницы), из-за комиссии минздрава, которая забанила его за сам факт расследования - официального обвинения не было. Эти воспоминания - его посмертная попытка восстановить доброе имя. Написано несколько безыскусно, ни живо и интересно - в том числе, мне кажется, для неизраильтян - автор объясняет местные особенности.

Одно из главных впечатлений по прочтении этого текста - подтверждение и так давно сложившейся у меня уверенности, что от полиции и судов в Израиле лучше всеми силами держаться подальше, а если уж судьба с ними сводит, ни в коей мере не рассчитывать на нормальное, резонное, человеческое отношение. Может, повезет и так выйдет, но лучше не рассчитывать. И найти хорошего адвоката.

Но если говорить более конкретно, то в рассказе Уманского три обстоятельства вызывают жестокими и вредными; о двух из них я и раньше неоднократно читал и слышал:

1. Практика держать дело открытым много лет, не подавая обвинительное заключение и не закрывая. Похоже на то, что полиция не платит никакой цены за такое поведение, а платят исключительно люди, жизни которых оказываются подвешенными на много лет. Иногда эта тема всплывает в политическом контексте: например, текущий министр обороны Авигдор Либерман жаловался на то, что полиция долгие годы "расследовала" дела против него, на самом деле держа их в запасе как средство давления и извлечения пиара против политика. При том, что я исключительно отрицательно отношусь к самому Либерману, эти его жалобы мне всегда казались справедливыми.

2. Использование полицейских подсадных уток в камерах. В иврите есть для этого отдельное слово, что-то вроде "побуждающий разговориться", но одним словом. Это обычно специальным образом обученные заключенные, которых подсаживают к арестантам и они стремятся вытащить из них признание или дополнительную информацию; при этом такое признание принимается судами, что меня лично изумляет. Не припомню, чтобы читал о такой практике в Америке или Европе, скажем - кто-нибудь знает? (я даже не соображу, как правильно назвать этого человека по-английски). По-моему, практически все израильтяне знают об этой тюремной практике (а уж преступники точно), так что "наивностью" такие признания если бывают, то не часто; подозреваю, что психологическое давление, запугивание итд. работает чаще. По-моему, это позорная совершенно практика.

3. Процитирую из рассказа:

"Пошел четвертый день. Все началась обычно и уже привычно – кандалы, уговоры, крики, потрясание кипой бумаг перед моим лицом. [...] затем в «допросную» вошла Лирон и радостно объявила, что мне разрешили свидание с дочерью, которая привезла для меня передачу из дома.

Через некоторое время в «допросную» вошла моя дочь. [...] Ее всю трясло, и я понял, что она была на грани нервного срыва. Какое счастье, что я – профессиональный врач-психиатр, а потому смог быстро оценить ее состояние и сразу начал выводить ее из нервного шока.

Я улыбался, я спокойно ей что-то рассказывал, спрашивал про погоду, про нашу собаку. Мы сели рядом, и так, обнявшись, тихонько покачиваясь, я как бы убаюкивал ее. Постепенно взгляд ее становился более осмысленным, и она принялась сбивчиво рассказывать, как накануне ей, на ее мобильный телефон, позвонила женщина-следователь и пригласила ее сегодня приехать на беседу со следователями, а заодно пообещала встречу со мной и разрешение передать мне сменные вещи. И вот они с мамой помчались сегодня в Лод, приехали ровно к назначенному часу, но их долго не пропускали и держали на солнце. Потом ее увели от мамы в здание, а мама осталась на улице.

В здании ее привели в комнату, в которой сидели три женщины, и те начали рассказывать ей, а потом кричать, какой у нее папа дерьмо, что он в полном дерьме, и опять, какой он дрянной человек, и опять, что он в полном дерьме, и что она просто обязана папу спасти, помочь ему, уговорить его сознаться во всем. Так продолжалось долго, около часа, пока моя дочь не выдержала и не расплакалась. Тогда одна из женщин велела ей взять сумку с передачей и идти за ней на встречу с папой, и по дороге напомнила, что папу обязательно надо уговорить сознаться во всем."

Вот это вот что вообще такое?
СсылкаОтветить

Comments:
[User Picture]From: alon_68
2017-11-02 07:46 pm
Если угроза жизни - наверняка можно. Мало ли в какие дома должны входить полицейские, для них угроза жизни - вполне жизненная ситуация. Так что всё зависит от того, насколько конкретный полицейский встанет на принцип обрисовать вашу ситуацию в форме "на меня была спущена собака Баскервилей, и всё решали секунды".
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: vvyy
2017-11-02 08:34 pm
В пандан вот такая история об американской полиции
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: o_aronius
2017-11-02 09:40 pm
Израильский мент, знающий про собаку Баскервилей - подозреваю, что из области фантастики. :)
(Ответить) (Parent) (Thread)