Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

moose, transparent

всего один человек



Это страница из знаменитого учебника алгебры Сержа Ленга. Данная копия учебника принадлежит математику Кену Рибету. Когда Рибет учился на бакалавра, он записался на курс алгебры для аспирантов, купил учебник Ленга и готовился по нему к экзаменам. Рибету не понравился стиль Ленга, и он приписал в конце введения черными чернилами "напыщенный осел". Много лет спустя Ленг временно занимал офис Рибета в Принстонском университете, и пользовался его книгами. Заметив эту надпись он добавил свой комментарий ниже.

Еще истории/анекдоты про Сержа Ленга (знаменитого огромным количеством учебников в разных областях математики):

- в его учебнике алгебры есть знаменитое упражнение "Возьмите любой учебник гомологической алгебры и докажите все теоремы, не глядя на доказательства в тексте".

- как-то раз профессор математики позвонил в Беркли и попросил позвать Ленга к телефону. Секретарша отошла, потом вернулась и сказала "Он как раз заканчивает писать книгу - вы не могли бы подождать на линии?"

- Почему Бурбаки перестали писать учебники по математике?
- Им рассказали, что Серж Ленг это всего один человек.
moose, transparent

о премии ульмана и соразмерности

История с премией Тьюринга Джеффри Ульмана, мне кажется, хорошо демонстрирует современную американскую культуру возмущения, не являясь при этом особенно крайним или супер-возмутительным случаем.

Ульман - известный профессор информатики, автор основополагающих учебников в теории компиляции и баз данных (помимо прочих). В 2021-м году Ассоциация вычислительной техники присудила ему (вместе с соавтором Альфредом Ахо) высшую награду в компьютерных науках - премию Тьюринга.

Но вскоре выяснилось, что в качестве профессора Станфордского университета у него есть давняя привычка писать невежливые ответы студентам из Ирана. Когда такой студент посылает ему мейл в духе "очень хотел бы работать с вами, дорогой профессор, не поможете ли с местом в аспирантуре Станфорда для меня?", Ульман отвечает примерно так: "В Станфорде приемом на аспирантуру занимается отдельная комиссия, на которую я не имею никакого влияния. Но вообще-то я против того, чтобы принимать студентов из Ирана, подчиненных режиму, который хочет уничтожить Израиль и грозит вообще всему цивилизованному миру", примерно в таком стиле. И на домашней странице у него есть страница про Иран (в прошлом году удаленная, но лежала там много лет).

В общем, быстро организовалась петиция, которую подписало около тысячи человек, среди них есть вполне уважаемые люди в компьютерных науках. Петиция не то чтобы призывает "кансельнуть" Ульмана или даже отобрать у него премию, нет (и хотя бы в этом надо отдать ей должное), она "клеймит" тот факт, что премия ему досталась, и призывает ACM в будущем не давать премии людям, которые погрешили против идеалов дайверсити.

Надо сказать, что позиция Ульмана как минимум спорная, в том смысле, что можно спорить и за нее, и против, в разных обстоятельствах. Иногда бывает, скажем, что какой-нибудь западный профессор отказывается иметь дело со студентом из Израиля только потому, что профессор очень не любит Израиль (в 2003-м году в Оксфорде одного профессора за это наказали). Мне это кажется неправильным и несправедливым; думаю, иранцам то же самое кажется в случае Ульмана. Разумеется, есть разница между Израилем и Ираном, но тем не менее. С другой стороны, можно представить, что играет роль, собирается студент из Ирана изучать теоретическую информатику - или, скажем, ядерную энергетику.

Вместе с тем, мне кажется, что даже если не соглашаться с позицией Ульмана (мне она не по душе, например), в его конкретном случае очевидно, что никакого реального вреда причинено не было, и даже если был, все это абсолютно нерелевантно и несоразмерно с теми техническими достижениями Ульмана, за которые ему выдают премию. Именно поэтому текст петиции (довольно подлый), а также аргументация некоторых хороший и резонных людей, ее поддержавших (совсем не подлых) показывают нам, как современная культура возмущения преодолевает эту несоразмерность.

Я написал об этом два подробных комментария по-английски в блоге Скотта Ааронсона, но если пересказать вкратце, то примерно так. Способность культуры возмущения создать скандал вокруг чьих-то слов опирается на три фактора:

- все нужно рассматривать в свете групповых идентификаций. Если кто-то ругает чернокожего человека, значит, он ругает и оскорбляет всю расу (и, естественно, расист). У Ульмана прикипает на тему иранского режима, и его тирады обращены именно к подданным режима (у него нет проблем с иранцами, выросшими в Америке или сбежавшими от исламской революции). Но в петиции он представлен ненавистником иранцев вообще, как народа. Это не такая выигрышная тема в дискурсе возмущения, как ненавистник чернокожей расы или женщин или ЛГБТ. Но все равно достаточно серьезная заявка.

- членам "обиженной" группы приписываются абсурдные, эпические уровни уязвимости и болезненной восприимчивости. Недавно один из редакторов медицинского журнала JAMA в США подверг сомнению на каком-то подкасте существование "системного расизма". Поднялся дикий скандал, главреда на время отстранили от обязанностей, журнал "расследует", как такое могло случиться, а пресса говорит о "не поддающемся оценке уровне боли и травмы, который причинили эти слова чернокожим врачам и пациентам". В случае Ульмана нам нужно представить себе студента из Ирана, который посылает письмо незнакомому профессору, надеясь получить поблажку в приеме на аспирантуру; получает от него неприятный ответ, в котором написано, что профессор не имеет отношения к приему, но если бы имел, то не помог бы ему; и это настолько его шокирует, что он не подает документы в Станфорд, и в другие американские университеты тоже, вообще бросает информатику и идет мыть посуду у себя в Иране, и вот мир потерял будущего гениального ученого, и так десять раз, и все из-за этого проклятого Ульмана.

- после того, как "обида" превратилась в "оскорбление и дискриминацию группы", а также раздулась во много раз из-за вымышленной уязвимости, включается главный принцип: никакие хорошие поступки не могут реабилитировать столь гнусное поведение, ни за что и никогда. Полная потеря представления о какой-никакой соразмерности. Если вдуматься, это реально самое странное и дикое во всей этой индоктринации. Представьте себе, что Ульман, например, был очень плохим научным руководителем (такое бывает ведь) и из-за него много аспирантов пострадали: карьера задержалась на несколько лет или вообще провалилась. Могло бы такое обстоятельство быть поводом для петиций о том, как ему не полагается премия Тьюринга? Нет, конечно, это звучит полным абсурдом, потому что при всем уважении к деятельности научрука, премия вообще не за это и не про это. Но ведь такой гипотетический Ульман - плохой научрук - принес бы намного больше реального вреда, чем эти дурацкие письма, которыми он отвечал иранским студентам! Но вот каким-то образом из-за того, что речь идет о идентификации по групповому признаку ("он дискриминирует иранцев!"), любые мысли о соразмерности тут же вылетают из головы, и люди ощущают потребность защититься от этого ужасного ужасного поведения, подписать петиции, заклеймить, подтвердить свою моральную чистоту. Так устроены моральные паники.
moose, transparent

школьники нынче

Попалась ссылка на интересную книгу, по-видимому (электронной версии нет, а на бумаге покупать я не буду): "Ветвящиеся объёмы и группы отражений".

"Рассматривается восходящая к Архимеду и Ньютону задача о зависимости объема, отсекаемого плоскостью от ограниченного тела, от этой плоскости... В книге рассказано о... теории монодромии, аналитическом продолжении, группах преобразований, порожденных отражениями, и топологии комплексных многообразий."

Для старшеклассников и студентов младших курсов.

И вот тут я остановился чуток. Кто эти старшеклассники, которым адресована книга, объясняющая про теорию монодромии и топологию комплексных многообразий? Сколько таких вообще есть на всю Россию? Ведь это даже не "олимпиадные" темы. Как-то это странно. Или может это рисовка такая?
moose, transparent

о переводческих трансформациях

Павел Палажченко (легендарный переводчик и автор отличной книги "Несистематический словарь", которую рекомендую интересующимся английским языком) приводит у себя в фейсбуке материалы одной из своих лекций. Мне очень понравились примеры; цитирую их почти целиком, опускаю теоретические рассуждения в конце, их можно прочесть по ссылке.



"Прием логического развития (замена процесса результатом, следствия причиной и т.п.) наименее поддается формализации. Он довольно редко встречается «в чистом виде». Л.С. Бархударов приводит интересные примеры из романа Сэлинджера «Над пропастью во ржи» (в переводе Ритой Райт-Ковалевой):

I don’t blame them – Я их понимаю (замена следствия причиной – я их не виню, потому что понимаю).

And they probably came to Pencey that way – Они такими были и до школы (были такими до школы, стало быть такими «пришли в школу» - переводчик счел буквальный (дословный) перевод неудачным, отсюда необходимость в замене, на мой взгляд, оправданной).

A lot of schools are home for vacation already – Во многих колледжах уже начались каникулы (замена следствия причиной – начались каникулы, поэтому студенты были уже дома).

...заголовок статьи из спортивного издания гласит: When his country needed him most… Messi delivered. Дальше в статье описывается, в чем это выразилось: три гола в ворота соперника. В переводе можно сочетать два приема: логическое развитие и антонимический перевод: «В самый трудный момент Месси не подвел». В результате ситуация описана вполне адекватно – достигнуто соответствие на ситуативном уровне.

О самом, может быть, трудном и в то же время интересном приеме перевода – целостном преобразовании.
Один пример целостного преобразования приводился в предыдущей лекции: I’ll put you on speaker phone – Я включу громкую связь. В переводе нет поверхностных семантических элементов исходного текста (кроме I – я), но эквивалентность, безусловно, достигнута.

В текстах некоторых типов и жанров (художественная литература, кино, реклама) необходимость прибегать к этому приему для достижения эквивалентности на уровне ситуации и цели коммуникации возникает очень часто. От переводчика здесь требуется большая изобретательность и гибкость, тем более что в последнее время место фразеологизмов, пословиц и поговорок, более или менее известных, с более или менее «апробированными» переводами, все чаще занимают мемы и цитаты...

Вот цитата, постепенно переходящая в русском языке в устойчивый фразеологизм: Тоже мне, бином Ньютона (Это не бином Ньютона). Не все у нас уже помнят, откуда цитата. И не всякий англоговорящий человек знает, что такое бином Ньютона. Но мы понимаем, что имеется в виду: «это не так уже сложно», «это должно быть понятно любому человеку». В английском языке есть устойчивое выражение, означающее то же самое: It’s not rocket science.
Можно ли «бином Ньютона» перевести этой фразой? Думаю, да, хотя есть небольшая вероятность, что реципиент перевода ухватится за rocket science и начнет ее обыгрывать...

Возьмем модную сейчас фразеосхему «Х отдыхает». (Примеры других фразеосхем: «Х – он и есть Х», «Х как Х», «Тоже мне, Х нашелся»).
Некоторые словари отражают фразеосхему с «отдыхает» как новое значение этого глагола: не идти ни в какое сравнение с кем-то (обычно упомянутым в высказывании ранее), не иметь никаких шансов на успех. Вот примеры:
Дарья Мороз снялась в необычном образе. Натали Портман отдыхает.
«Кафка отдыхает». Адвокаты оспорят штраф, выписанный глухонемому петербуржцу за скандирование лозунгов.
Доллар отдыхает. Российские банки устремились в Китай за юанями.
«Леди Гага отдыхает». Сергей Зверев о себе и своих образах.
История журналиста Пасько перед историей пермской газеты «Звезда» просто отдыхает (Ю. Латынина).
В переводе приводимых примеров почти всегда подойдет Eat your heart out, Y. В переводе последнего примера – Y pales in comparison. Ср.: Value of gold pales in comparison to bitcoin’s meteoric rise."
moose, transparent

о фальшивом учителе



Поучительная история случилась в Австралии.

Там обнаружили, что директор школы, а в прошлом много лет учитель, обманывал все четыре школы, в которых работал в общей сложности почти полвека - на самом деле у него не было учительского образования.

И вот его судят. Зовут его Neil Lennie, на случай, если сами хотите погуглить. В общем, ему светит то ли большой штраф, то ли тюремный срок.

И тут приходят его ученики за много лет в большом количестве и в один голос говорят, что это был лучший учитель вообще в их жизни. Какая-то известная биолог рассказывает, как он ей сказал в 70-х, мол, не бойся, ты все можешь и у тебя есть талант к науке, верь в себя, и только поэтому она пошла в биологию. И директор он был просто бесценный, и вообще ни одного плохого слова о нем никто не может сказать. Кроме того, что врал о своей учебе.

Ну и вот судят его.

Вы бы к чему присудили? Срок? Штраф? Благодарность и премия?
moose, transparent

сочинения

В обсуждении у Гуриева промелькнула интересная ссылка

https://sunnybrookschool.com/wp-content/uploads/2020/09/wizards_words_2019-20_anon.pdf

Это набор сочинений по-английски учеников одной конкретной школы в Канаде, с 1 по 6 класс. Этот файл привели как свидетельство того, что в англоязычных странах выше уровень сочинений, относительно таких же классов в российских школах. Я тут подчеркну, что у меня нет мнения по этому поводу, я уже забыл, какие сочинения писал в каких классах, и одинаково далек сейчас от канадских школ и российских.

С одной стороны, просто интересно посмотреть, как стиль и содержание меняются с 1 по 6 класс. С другой стороны, это не какая-то случайная школа, а очень дорогая частная школа в Торонто. Это значит, что любое сравнение с какой-то конкретной школой в России превращается в основном в сравнение статуса этих школ, а не культур в целом или традиций преподавания в целом.

Интересно, можно ли как-то посмотреть на случайные/средние/что-то в этом роде сочинения учеников в России, и например в Америке. И сравнить. Вряд ли такое где-то есть, конечно.
moose, transparent

интересный ход

Факультет английского языка и литературы Чикагского университета заявил, что в следующем году в аспирантуру будут принимать только кандидатов, заинтересованных в "афроамериканских исследованиях".

"For the 2020-2021 graduate admissions cycle, the University of Chicago English Department is accepting only applicants interested in working in and with Black Studies."

По-моему, это как публично расписаться в собственной бесполезности. Интересно, насколько эта инициатива административная, или поддержана профессорами факультета в целом (подозреваю, что поддержана, но не уверен).
moose, transparent

о бюрократии

Жутковатая история, в которую очень легко верится. Цитата из книги Дэвида Грэбера "Бредовая работа" (Bullshit Jobs):

"Я хорошо помню, как во время моей работы младшим преподавателем в Йельском университете все бесконечно обсуждали историю аспирантки первого года по археологии, чей муж погиб в автокатастрофе в первый же день семестра. По какой-то причине шок вызвал у нее психологический барьер на оформление документов. Она по-прежнему посещала лекции и активно участвовала в обсуждениях на занятиях, сдавала работы и получала отличные оценки. Но всякий раз профессора обнаруживали, что формально она не записалась на курс. Между тем только это и имело значение, как замечал на наших заседаниях серый кардинал департамента.
«Если вы не заполняете вовремя формы, то ребята из учебного отдела курс вам не засчитывают. И ваши результаты совершенно не имеют значения». Остальные преподаватели что-то мямлили и суетились, кто-то периодически осторожно упоминал о ее «личной трагедии», хотя никто не говорил, что именно произошло (только позднее я узнал детали от других студентов). Но позиция учебного отдела не вызвала ни у кого принципиальных возражений. С административной точки зрения реальность была именно такова.

В конце концов, после того как в последний момент ее попытались заставить заполнить пачку документов на апелляцию, чтобы получить возможность подать заявку на посещение курса после официального срока, и она ничего не ответила, а начальник отдела аспирантуры произнес множество длинных монологов о том, как неосмотрительно было со стороны студентки так усложнять ситуацию для тех, кто просто пытался ей помочь [зато никто, конечно, не попытался создать какой-нибудь особый порядок, который позволил бы кому-нибудь заполнить бумаги за нее, – по какой-то причине это даже не обсуждалось], она была отчислена на том основании, что человек, настолько неспособный к оформлению документов, очевидно, не подходит для академической карьеры".

(за цитату спасибо Светлане Мироновой)

Грэбер умер несколько дней назад, его самой знаменитой книгой была "Долг. Первые 5000 лет истории". Мои искренние соболезнования его вдове nikadubrovsky.
moose, transparent

манюня

Рассказ, который я приведу ниже, взят из научной статьи про диалекты русского языка. Он записан в беседе с пожилой женщиной 85 лет из деревни Лаптево Псковской области, Ниной Ивановной Михайловой, 1934 года рождения. Его записали и опубликовали, чтобы изучать особенности русской речи этого региона, и вы можете заметить эти особенности в тексте рассказа, они выделены написанием (например, "шш" вместо "щ"). Но меня он захватил как-то сам по себе.

У нас один год был лосёнок жил. А лосёнок жил... за Троицу мать бы́лъ на кла́дбишшах, а мы с Михалычем в поле паслись, скот пасли, что короwа бы́ла. И за школой, вот где школа сейчас под горой там (в) поле паслись. А мать приехала с Опочки, и ну и пошла в лес поросятам травки порвать, листики такие собирали в лясу. Ну от. А мы стоим, коровы ходят, собачка с нам бы́ла, она всё ходит вдоль кустов да тяв-тяв, тяв-тяв. Я: «Туузик, а чаго ты лаешь? Иди к нам сюда, короwы ни пойдут туда в кусты», — а он всё пробяжи́т да тяв-тяв, тяв-тяв. Ну wот, а мать пришла с этой с церкви-то, с кладбишш, ну и пошла в лес туда к нам, близко за травой, в кустики. А мы-то ня знали, что она пошла, нам она не пришла не сказала. Стоим мы с ним так разговариваем с Михалычем, на́, слышу: «Вась! Вась! Вась!», — таким нешшастным голосом, мать кричит. Говорю: «Вась, это ж мамка кричит где-то?». Я говорю: «Ну послушай, мамка где-то в лясу кричит». Ну wот, а это он: «Да тебе послышалось». Она опять: «Вась, Вась», — он ринулся, побяжал в кусты. А оказывается как: она пошла в кусты, там дорожка. Ну, захотела бабка в туалет, так сказать, ну как она там присела, а по этой дорожке маленькый от такой лосёночек бяжи́т.

А мать тут: «От ты, — говорит, — тяперь моя». Да, она выскочила, да цапе́ль этого лосёнка вот так в охапку и яго повалила. Ну, лосёнок же всё таки дикий, как хочешь, зьверь. Ну вот, она яго к зямле-то прижа́ла, на него лягла вот так, вот она и закричала-то нам. Ну вот, тот пришёл, а я не могу, всё моё. Я бросила короw да через эти кусты, через болотину там к ним я как выскочила, а мать ляжи́т. И вижу, что что-то шаве́лится, я думала, что зьверь какой на няё напал. Мне сразу ноги и руки отня́ло, я бух и всё, я ни с места, ни ходячая, ни ляжачая, не понять какая. Вот кое-как я ползком-ползком, доползла до них. Мать и говорит: «Это лосёнок! Это лосёнок!», — ну вот, не зьверь, это лосёнок. А на Михалыча говорит: «Иди домой за ножиком». Ну от: «Не дам! — я закричала, — ня дам, не дам, не дам!». Они хотели, ну прирезать этого лосёнка, как тялёночка маленького.

Ну от, и он такой был, что Михалыч взял вот так за ножки за перéжние, за задние, вот так на шею положи́л, так. Так на сябе домой принёс, принёс, так в сарай пустил. Мать забра́ла короw, домой погна́ла вечером, а я оттуда вот, от школы, я до дому два с половиной часа шла, я не могла идти, я проползу нямножко, поляжу: «Зямелюшка, матушка, дай мне силушки, подними мяня». Пройду несколько шагоw, опять бух! Я не могла идти, мне отня́ло ноги и руки, всё! Ну вот, пришла. А кого́ ж! А оказывается, этого лосёнка мать бы́лъ убита, а он остался сироткой, а он чувствовал короw, коровы-то ходят, молоком пахнет от них, от этот лосёнок по дорожке пошёл сюда к коровам. А мать-то тут яго поймала. И вот она с Троицы, с июня дяржала до октября месяца, жил он в нас. Мы, правда, в Бязде́дове жили, она одна здесь жи́ла. И вот она тут яго дяржала, этого лосёнка. Выросла большая лосиха!

А сын мой ходил как раз в четвёртый класс. Ну, доставалось яму от ней. Он возьмётся дразнить и пойдёт яблочко сорвёт, дасть яблочко. Если дасть круглое, она есть ня будет, обязательно чтоб надо разрезать. Если круглое, оно покатилось, она ногой будет до тех пор бить, пока яго вдрызг разобьёт, вот это яблоко. Не любила что-то крупное, вот это круглое. Не любила соwковую лопату! Если она ляжит wот так, она не тронет, а если wот так, она-то всё-таки крутится, будет до тех пор бить, пока или отбярёшь эту лопату, или что-нибудь она сделает, она разбивала яё. Ну вот, он сядет на стýла, возьмёт свёклину, пойдёт в огороде вытянет, обчистит, начинает кусочком, отрежет, ей даст, она съесь, он яшшо тихонько так режет, чтоб подрáзнить яё, а она ждёт-ждёт, не дождётся, как сунет яго вот так мордой — он к верх ногáм со стула полятит. И большая! Прозвал он яё Манюха. Она девочка бы́ ла Манюха. И вот мы хоть в Бяздéдове жили, а калитка-то у нас уже бы́ла, всё кругом загоро́жено, она не выпускалася никуда, и мы сразу сообшшыли в союз охоты. Если б мы яё зарезали, и [они] узнали, нам, как раньше было, пятьсот рублей штрафу дали б за няё, ну мы ня зарезали, она выросла большая.

(А как её выпустили вы?) А к нам приехали, взяли яё, нам деньги, матери деньги заплатили, и яё забрали, вот во Пскове бы́ла ВДНХ. На ВДНХ. И наша одна бригадир колхозный поехала на ВДНХ и яё видела там. Она подходит, она стоит голоwку опустилши, она: «Манююх, Манюх!». Это она почувствовала, что яё зовут. Ох, как заходила она там, как заходила! А там которые дяжурные-то ходят: «Вы зачем, — говорят, — яё трягожите?» «А я, — говорит, — ня трягожу, я позва́ла её так, как яё зовут. А как яё зовут? А Манюха». Ну wот, и она погладила яё, а она, вот животное, а слязýньки, кóтяца w ней. Вот она приехала, нам сказала.

А яё взяли в зоокомбинат, она уже ручная, яё выпустить няльзя было, яё бы убили, она б пошла к людям. Вот яё дяржали там, где дяржали таких лосей, которые… ну как бы их доили, вот это, и вот яё поместили туда, она бы́ла тут в зоокомбинате. А что с ней случилось, я ня знаю. А бувáло, мы когда идём с Бяздéдово к ней по дороге. Она же, мать ня знала, что это кто-то свой идёт. Э! Заходит, закрутит, всё, ласково дожидает, что кто-то придёт. Ну от, а если чужой кто идёт и ня обязательно, что к ней заходют, а по дороге, она вот тут на шее как выставит так шерсть поднимет вот эту, глаза кровью нальются, заходит она, не своя, понимала.

Вот это окно у нас, мать не закрывала, оно открыжнóе было, от придёт домой с работы, сядет поесть, а она подойдёт, откроет окно, мордочку свою вставит туда: давай ей. Если мать что-нибудь ей ня даст! Она пойдёт, придёт в коридор, сюда. Всё, что может обороти́ть, оборóтит и под дверью ляжет! Вот [у] ней ня закрывалась окно, она чярез окно wлязала. Такая нахалка была, всё!

(Манюня.) Ага, Манюня. Манюха, Манюха, Манюня. Любила лазóвые листья, рябиновые wеточки. Бувáло, Михалыч прядёт: сходит в лес рябиноwых wеток наломает, лазóвых наломает ей накидает. Она все обглодает, листья съест и даже шкурку эту обглодает.

(Сколько она отбы́ла получается?) С июня, да в октябре, в конце октября яё взяли.

(То есть несколько месяцев.) Рожек у ней не было. Не было рожек. Вот. Ушки, мордочка такая бы́ла. Любила, когда яё погладишь по мордочке, ой любила, а Сашке, вот сыну,
доставалось от ней, он любил дразнить яё, ну яму и доставалося.

(Копытом?) Нее, копытом не. Она мордой била, как цирýкнёт, готово дело, полятел. Много фотографий бы́ло сделано, а все раздали и сябе ня одной не оставили.


Вся статья здесь: Р.В.Ронько, Материалы экспедиции 2019 г. в Опочецкий район Псковской области: Тексты с комментарием. Там есть еще про оккупацию немцами деревни во время войны, и другая беседа с другим человеком помоложе (1949 года рождения).
moose, transparent

прочитать лекцию

Увидел в твиттере вопрос, понравился. Итак, неформальный опрос:

На какую тему, не связанную с вашей основной работой, вы могли бы прямо сейчас прочитать 15-минутную лекцию?